Уважаемые посетители!
Cайт находится в разработке. По всем вопросам, пожалуйста, обращайтесь по телефону +79857686591 или по электронной почте ekartbureau@gmail.com. Благодарим за понимание.
Об открытии полной версии сайта мы объявим дополнительно.


   Публикация


"Культура"

2005-09-22

http://www.proektfabrika.ru/press.php?nid=14

Осень патриархов

Оксана Саркисян

Осень пробуждает лирические воспоминания. После летних отпусков, возвращаясь в московские квартиры, мы перебираем старые вещи, проводим переучет накопившихся в компьютере файлов, пролистываем старые фотоальбомы. Вот и галереи современного искусства, видимо, поддавшись этому чисто человеческому порыву, обратились к прошлому, отложив на время актуальные проблемы и новые идеи. Сначала сразу в трех галереях "АРТСтрелки" состоялась большая выставка художников Трехпрудного переулка, затем на "Фабрике" в рамках программы "Картотека" открылась выставка Натальи Никитиной "Образ жизни". А в конце сентября в галерее Марата Гельмана мы сможем познакомиться с классиком европейского концептуализма Брацо Димитриевичем. Сами выставки, да и формы демонстрации исторического материала оказались весьма разнообразными. На "АРТСтрелке" вспоминают эпоху Трехпрудного переулка. Эта страница истории отечественного искусства породила в коллективной памяти арт-сообщества массу мифов и легенд. "Галерея на Трехпрудном" существовала всего с 1991 по 1992 год, но это было особое время перехода от практики андеграунда к свободе творчества. Как и вся страна, искусство переживало период абсолютной открытости в силу того, что "верхи не могли" управлять по-старому, да и по-новому еще тоже. Неофициальные выставки андеграунда неожиданно стали вполне законными. Никто не препятствовал художникам, самовольно занявшим под мастерские две выселенные квартиры: последние превратились в артистический сквот-коммуну, где каждый четверг происходили вернисажи. Но вот то, что от них сохранилась живопись, - факт парадоксальный. Подогретая перестройкой мода на искусство советского андеграунда была тогда массовым явлением, западные коллекционеры и музеи скупали все подчистую. А сами художники, еще руководствуясь принципами андеграундного творчества, где живописным практикам предпочитали хеппенинг и перформанс, создавая свои произведения, не очень заботились об их долговечности и товарном качестве. Чистая творческая энергия, бившая ключом в Трехпрудном, тем не менее оставила по себе материальную память. Собранные по мастерским, родственникам и друзьям, раритетные полотна представлены теперь галереей "АРТСтрелка-projects". Выставка "Живопись Трехпрудного", расположилась сразу в двух помещениях, а в довесок - выставка одного из художников Трехпрудного, Дмитрия Топольского, в галерее Лизы Плавинской. Здесь пачки сахара-рафинада с нарисованными на его кубиках стаканами чая - пример остроумной игры на коммунальной кухне. В углу - черный пиджак, на его лацкане перхоть, сохраненная с музейной педантичностью аж с 1992 года (абсурд в духе Хармса!). Картины еще в большей степени передают атмосферу тех лет. Пустынные урбанистические пейзажи Ильи Китупа, спокойные и безмятежные, как застывшая жизнь развитого социализма. Суровый, без излишеств и рекламного лоска, предметный мир того времени на картинах Александра Сигутина: "Сапог и сапог", "Свинина и говядина"; трогательные пасторальные сценки ныне модного художника Владимира Дубосарского. А в зале "Проекта Фабрика", на выставке Натальи Никитиной, - фотографии как свидетельство художественных и жизненных впечатлений, встреч и событий последних 18 лет. Эмигрировавшая в конце 80-х вместе с мужем, известным критиком Борисом Гройсом, художница концептуальной традиции Наталья Никитина дотошно фиксировала жизнь художников из бывшего СССР на Западе: выставки русского искусства в немецких музеях, прогулки по чужим городам, посиделки на кухнях, как в Москве. Фотографии и фильмы отражают малоизвестный у нас пласт истории отечественного искусства, первое его признание Западом и первые победы Ильи Кабакова, Павла Пепперштейна, Вадима Захарова и многих, многих других. В странной двойственности этого проекта, в каждой из своих составляющих предполагающего оппозицию: русский/западный, художник/документалист, участник событий/их свидетель, - заложена и противоречивость впечатлений от этого проекта. Зритель, знакомый с художниками-актуалами, без труда узнает запечатленных персонажей, найдет знакомые лица и произведения, но только все они предстают совсем в ином пространстве, в другой жизни. Неизвестные в России хроники русского искусства, "наши за рубежом", возможно, скучающие там по России так же, как мы по ним здесь... На выставке хорватского художника Брацо Димитриевича у Марата Гельмана тоже предстанут документальные фотографии - но это фиксация не жизни художника, а его творчества. Проекты Димитриевича в принципе нельзя показать в галерее, потому что большую часть своей карьеры он сотрудничает с музеями, имеющими в своих коллекциях произведения авангарда. Видимо, ностальгия по прекрасной эпохе - эре авангарда - и лежит в основе его акционизма: художник создает инсталляции, центром которых становится музейное произведение искусства. Выстраивая вокруг облюбованного авангардистского раритета свою интерпретацию, художник разворачивает диалог. Вскоре, 24 сентября, в Русском музее он представит новую инсталляцию с полотном Татлина. Фотодокументация этой акции также войдет в проект у Гельмана. Итак, охватив взором осеннюю ностальгию московских галерей современного искусства, можно предложить несколько романтическую версию того, о чем же все-таки тоскуют актуальные галеристы, по определению обязанные знакомить нас с настоящим, то есть современным, а не мечтать о чем-то неопределенном. И оказывается, что в этих галереях грезят... о бурном прошлом, которое в настоящем приобрело статус музейных раритетов и застыло шедеврами в музейных залах. Ведь все описанные проекты по чистой случайности оказались не в пространстве музеев, а именно в галереях. Видимо, и "музейное" ныне искусство вспоминает о галереях как о поре своей неистовой актуальности.