Уважаемые посетители!
Cайт находится в разработке. По всем вопросам, пожалуйста, обращайтесь по телефону +79857686591 или по электронной почте ekartbureau@gmail.com. Благодарим за понимание.
Об открытии полной версии сайта мы объявим дополнительно.


Информация о проекте


   8-я международная ярмарка современного искусства

   Curators :

   25.05.2004

   30.05.2004

   





   Авторы






   Произведения






   Каталоги






   Публикации


Время Новостей

2004-06-01

http://www.vremya.ru/2004/93/10/99510.html

Дешевое искусство пока берут лучше

Фаина Балаховская

            Настроение на ярмарке менялось несколько раз. Начальный оптимизм – цены первого дня стали сенсацией – сменился депрессией. Говорили, что покупателей мало, что напрасно ярмарку перенесли на самый конец сезона: самые перспективные и привычные к высоким ценам покупатели, коллекционеры и антикварные дилеры уехали в Лондон на русские торги "Сотбис".

            Да и организаторы напутали – здание ЦДХ украшала вывеска огромных размеров, на которой "Арт-Москва" значилась выставкой современного искусства, а вовсе не ярмаркой. В полном соответствии с этим народ ходил, глазел, интересовался. Тем более что посмотреть было на что – коммерческие проекты не уступали некоммерческим, отличных работ было много как никогда. Печаль за чужую коммерцию одолевала и людей незаинтересованных, но понимающих, что артрынок как основа существования производителя-художника создает плодородный слой и для всей художественной жизни: галерей, музеев (почти целиком вышедших из частных коллекций), выставок, каталогов, исследований.

            Но закончилось все хорошо. В последние дни покупатель пошел: почти все галереи окупили затраты и даже более того. Продавали со стендов, по каталогам и даже из запасников. Несколько галерей – петербургская Д 137 и Студия Веры Погодиной продали практически все, что было на стенде. Иностранные галереи – и постоянные участники ярмарки, и те, кто приехал в первый раз, – были довольны: рынок скромный, но растет. Вкусы странные, немного старомодные, но определенные, к ним можно приспособиться. К тому же в Москве покупают и иностранцы.

            Не отошедший еще от "яичной сенсации", устроенной Вексельбергом (серьезно подтвердившей интерес платежеспособных русских к искусству), Запад был представлен и директором престижной Базельской ярмарки, и представителями аукционных домов, и членом жюри главной британской художественной премии.

            О высоких ценах снова рапортовала галерея Stella Art – 160 тыс. условных единиц за Алекса Каца. Другие претенденты на самые высокие цены остались непроданными: Уорхола – "Портрет неизвестной" (Rudolf Budja/Artmosphere) только зарезервировали, как и "Битлов" Дубосарского и Виноградова за 60 тыс. (зато галерея продала четыре другие картины этих авторов – размером поменьше и ценою подешевле). Покупатели только приценивались к Булатову (Opel Art Prestnta, 30 и 24 тыс.), торговались за Энтони Крегга (Knoll gallery, 25 тыс.). Лучшие продажи были у признанных звезд: Тимур Новиков ("Айдан", 25 тыс. долл.) Константин Звездочетов (XL, 24 тыс.). Следующий ценовой рубеж – в районе 15 тыс. – составил счастье многих галерей: отлично продавался новый Кошляков (Opel Art Prestnta), Утан (Stella Art gallеry), Эдуард Гороховский (Fine Art), ушли со свистом работы петербуржцев – Георгия Гурьянова и Ольги Тобрелутс (галерея Д 137).

            Но лучше всего дела шли в низшем ценовом диапазоне: разлетались картины Константина Бытынкова ("Крокин", 2 тыс.), фотографии Браткова, Бахарева, картины Мамсикова и Кожухаря ("Риджина", 2 тыс.), Мизин и Шабуров (галерея Гельмана, 1-2 тыс.), молодого Руслана Тавасиева ("Айдан" 3 тыс.), Александр Савко ("Егармина", 2 тыс.), цветастые неагрессивные рисунки Александра Бреннера и Барбары Шурц (Knoll gallery, 440 у.е.), бабочки Андрея Филиппова ("Е.К.Артбюро", 200 у.е.). Успех сопутствовал галерее "Пальто", ориентированной на мелкий формат и легкие цены. Большим спросом пользовалось видео Владика Монро – "Пиратское TV". Зрители толпились на стенде XL: Вадик в ролях Памелы Андерсон и Ренаты Литвиновой вызывал дружный смех, в ролях Штирлица и его жены (знаменитая немая сцена в кафе) – слезы счастья. Настоящее русское искусство – пронзительное и жестокое. Ограниченный тираж видео ушел почти целиком. Неплатежеспособные любители искусств могут рассчитывать лишь на публичные показы – с сегодняшнего дня в галерее XL.

Независимая Газета

2004-05-31

http://www.ng.ru/culture/2004-05-31/8_artmoscow.html

Товарный вид

Михаил Сидлин

            Вчера завершила работу очередная, восьмая ярмарка "Арт-Москва". Вскоре станут ясны ее официальные итоги, подведенные организаторами.

            Сенсацией первого "арт-московского" дня стало известие о продаже за 60 000 долл. полотна Сергея Мироненко через галерею "Е.К. артбюро". И до воскресенья этот рекорд оставался непобитым. Галерейщица Елена Куприна рассказала обозревателю "НГ" о предыстории своего неожиданного успеха: "Я получила работы начала девяностых, которые Мироненко отсудил у галереи Крингс-Эрнста – первая история, когда русский гражданин отсудил что-то у немецкого галериста. Эти работы здесь не экспонировались. Я заключила контракт с Мироненко на 5 лет". Некоторые из коллег Куприной сомневаются в самом факте продажи и считают цифру завышенной. Но Елена Куприна полагает, что "рынок сегодня не делит старое и современное искусство, как мы привыкли. Люди, которые покупали вещи первого ряда начала ХХ века, не будут покупать вещи второго ряда. Они вышли на рынок искусства последних 30 лет. Тем, кто это покупает, не важно время – им важно качество. Вещь стоит столько, сколько за нее платят".

            "Цены растут, и те, кто думает, что дорого сейчас, – глубоко ошибаются", – подчеркивает Ирина Филатова, куратор галереи "Файн арт". Эта галерея "раскрутила" Виноградова и Дубоссарского. Сегодня стоимость их полотен в "Файн арте" колеблется вокруг цифры 15 000 долл. и многие галереи борются за то, чтобы продавать эту пару.

            Но московская ярмарка не просто несет новые продажи. Одна из ее задач – создать моду на современное искусство. Поэтому каждый год перед входом в основные залы проходят выставки коллекционеров. На этот раз стенды были предоставлены "женской сборной". "Отличная идея – представить частные коллекции, чтобы показать, что люди, которые не являются олигархами, могут быть коллекционерами", – считает Элизабет-Софи Мазелла ди Боско Балса, культурный атташе Бразилии в России; в этом году она впервые показала московской публике несколько работ из своего собрания и очень довольна "Арт-Москвой": "У этой ярмарки есть интеллектуальное значение, параллельная программа семинаров, лекций; это место не только для коммерции, это место обмена идеями".

            Борис Гройс – один из идеологов современного русского искусства. Он живет в Германии, а в России бывает тогда, когда его приглашают прочитать очередную лекцию о художественной ситуации – например, на "Арт-Москве". Как объяснил Гройс обозревателю "НГ", "на этой выставке господствует эстетика, которая сформировалась в России в начале восьмидесятых, когда московский концептуализм вышел на поверхность. И следующие поколения стали комбинировать концептуальные приемы с товарным видом".

            "Арт-Москва. Международная выставка современного искусства" – так гласит надпись на здании ЦДХ. Но в этом году, как никогда раньше, стал ясен разрыв между двумя частями "Арт-Москвы" – коммерческой и некоммерческой: тем более что на этот раз они были разделены в пространстве ЦДХ – продажи на втором этаже, независимые проекты – на третьем. Ярмарка все значительней как коммерческое мероприятие, но она все более оторвана от живых течений искусства. И это естественно – галеристы предпочитают художников, проверенных временем. Даже если это время длиной всего в 10 лет.

Газета.Ru

2004-05-31

http://www.gazeta.ru/2004/05/31/oa_122367.shtml

«Я не Уорхол, но я ведь лучше»

Игорь Чувилин

            Ярмарка "Арт-Москва" показала, что за работы отечественных художников покупатели готовы платить, как за Уорхола, а Мэрилин Монро все еще стоит того, чтобы ее обокрасть.

            Закончилась ярмарка современного искусства "Арт-Москва". Некоторые, побывавшие за эти пять дней в ЦДХ, так и ушли домой в убеждении, что посмотрели большую выставку. Так было написано и на фасаде Центрального дома художника: "международная выставка..." Но, поскольку надо бы подвести итоги, придется раскрыть страшную коммерческую правду.

            Об итогах можно было догадаться уже в конце первого дня, когда на стенде галереи "Е.К. Артбюро" купили работу не самого дорогого русского автора за 60 тысяч у. е.

            Это был сигнал: покупатель клюет на предложенные цены. Вслед за первой крупной покупкой состоялась вторая, третья...

            Год назад Ханс Кноль, галерист из Вены и член экспертного совета ярмарки, говорил об удивительных качествах русских художников. Нет, не о творческих, а про то, что наши соотечественники, когда не знают, сколько просить за работу, решают так: "Я не Уорхол, но я ведь лучше", – после чего ставят цены в десятки тысяч долларов. Кноль знал, о чем говорил.

            На "Арт-Москве" 2004 года картинки Уорхола, Вессельмана, Лихтенштейна стоили больше, чем работы наших, но совсем не на порядок, как должно бы быть, а в иных случаях, как с работами Ильи и Эмилии Кабаковых, столько же. Что удивительно, покупали и то, и другое.

            Итоги нынешней ярмарки будут оптимистичными в духе программы "Время", – при таких-то ценах немудрено превысить прошлогодний рекорд в полмиллиона долларов. Однако проблема остается, потому что рыночного механизма ценообразования по-прежнему нет, и... спасибо Уорхолу от всего российского арт-рынка.

            Все это нисколько не волновало москвичей, которые пришли просто поглазеть на современное искусство. Родители малолетних чад прочувствовали, например, успех "Крокин-галереи", пытаясь оторвать своих отпрысков от "неистового челнока" – сооружения из прозрачного пластика, в котором метался вверх-вниз мячик, нагоняемый цилиндром. Более тонкий способ введения в транс испытывал на людях Андрей Бартенев в мультимедийном проекте "Лондон под снегом". А самый серьезный успех у крашеных блондинок снискало кичевое изображение Мэрилин Монро с мобильным телефоном в руке, стоявшее на стенде галереи "Кино". Телефон был настоящим – кинодиве можно было позвонить.

            Показателем популярности "Арт-Москвы" можно считать то, что в последний день у Монро телефон-таки сперли.

            Однако зрительские симпатии – одно, а профессинальные предпочтения не всегда то же самое. Выяснилось, что ярмарочная премия "Черный квадрат" будет присуждаться только в ноябре, когда в ЦДХ пройдет выставка "Мастерская "Арт-Москвы". Премия "General Satellite", случившаяся в прошлом году, вполне закономерно сгорела в плотных слоях атмосферы – развести спонсора во второй раз, видимо, не удалось. Но зато появилась премия "Мастер", итоговая выставка которой прошла в галерее "Арт-21" под крышей казино на Новом Арбате – туда отсылал информационный стенд на "Арт-Москве". Лауреатами ее стали экспоненты ярмарки Константин Батынков, Нина Котёл и один из правомочных претендентов на звание "нашего всего" Михаил Рогинский. Последнему признались в уважении как экспертный совет, так и жюри арт-критиков.

            Особо деликатная тема, возникшая в связи с выставочным планом ЦДХ, предстоящая в начале 2005 года Московская биеннале современного искусства. Вообще-то она планировалась на нынешнее лето, и даже "Арт-Москву" в календаре к ней поближе подвинули, но не случилась. Василий Бычков, директор ЦДХ и хозяин компании "Экспо-парк", организующей "Арт-Москву", угрюмо пообещал вместо биеннале устроить громадную выставку неукротимого акварелиста Сергея Андрияки. Пышные акварельные букеты – любовь московского правительства, а идея отбиенналить Москву – минкультовская. Накроет ли ЦДХ акварельная лавина или затопят кураторские потоки венецианского образца, пока не известно.

Эксперт

2004-05-31

http://expert.ru/expert/current/data/art-mo.shtml

Бунт на корабле

Юлия Попова

            Восьмая международная художественная ярмарка "Арт-Москва" оказалась представлением с моралью и с амбициями. Целиком захватив ЦДХ, она строит планы на осень.

            "Арт-Москва", главное на сегодняшний день событие в нашем современном искусстве, – самая коммерческая из выставок и самая эстетствующая из ярмарок. Выставочные площади продают здесь только тем галереям, которые прошли строжайший художественный контроль специального экспертного совета. Достаточно перечислить несколько имен из этого совета – галеристы Марат Гельман, Айдан Салахова и Ханс Кноль, директор Института проблем современного искусства Иосиф Бакштейн, – чтобы понять: "Враг не пройдет!" То есть ничего, кроме самого что ни на есть актуального, здесь не будет. Этот подход, ужесточающийся года от года, был причиной того, что количество галерей-участниц некоторое время не увеличивалось, оставалось прежним или уменьшалось. И только в этом году число галерей достигло первоначального. "Когда мы это все начинали в 1996-м, у нас было сорок шесть галерей. Просто тех, кто захотел участвовать. Сегодня их снова сорок шесть, только прошедших строжайший отбор", – говорит Василий Бычков, директор компании "Экспо-парк" – организатора "Арт-Москвы". Смысл этой жесткости становится ясным, если понять, что на самом деле "Арт-Москва" – это не выставка и не ярмарка, а тщательно продуманное представление с моралью.

Мораль прежде всего

            Тема этой грандиозной постановки, захватившей все пространство Центрального Дома художника, – современное искусство как объект желания. Отбор участников и так называемых некоммерческих (то есть сугубо выставочных) проектов производится с одной-единственной целью: чтобы человек, который с открытым ртом разглядывает по-репински размашистое полотно, где молоденькие "битлы" поют среди березок, или "Рабочего и колхозницу" с головами Микки и Минни, перешел от стадии "понимаю-не понимаю" к стадии "хочу-не хочу". Причем в идеале, конечно, должно получиться "хочу".

            Мораль о пользе и приятности обладания произведениями современного искусства, которая, по идее, должна была бы завершать это представление, для верности вынесена в самое его начало. Всю площадку перед главным залом занял масштабный проект под названием "Женская сборная". Посвящен он не женщинам-художницам, как можно было бы подумать, не "амазонкам авангарда", а амазонкам коллекционирования – успешным и известным женщинам разнообразных занятий, покупающим современное искусство. Выглядит это так. На огромных стендах висят работы Константина Латышева, Владика Мамышева-Монро, Рауфа Мамедова и других не менее известных наших художников. Большинство произведений ты уже неоднократно видел на выставках, сжился с ними и полюбил, они живут на твоей книжной полке где-нибудь внутри одного из старых арт-московских каталогов. Ты приветствуешь их как старых знакомых, и тут у каждого видишь подпись: "Собрание такой-то". То есть кому-то они понравились так же, как и тебе, но в отличие от тебя он, то есть она, купила это и теперь рассматривает у себя дома.

            Не то чтобы после этого наглядного урока посетитель в панике бежит дальше – с целью поскорее скупить все, что осталось. Конечно нет. Но одно отрицать невозможно – мы входим на ярмарку с желанием увидеть вещи, которые люди покупают для своего удовольствия.

О пропорциях

            Надо сказать, что при такой настойчивой пропаганде потребительских свойств современного искусства "Арт-Москва" никогда (в отличие, кстати сказать, от "Арт-Манежа") не зацикливалась на консюмеризме и не делала ставки исключительно на искусство "для дома, для семьи". Хотя не секрет, что именно такого рода объекты и покупают: картины, фотографии да мелкая пластика – вот выбор тех, кто собирается размещать приобретенные шедевры не в цехах заброшенной фабрики, а в собственном доме. И на "Арт-Москве", разумеется, много традиционной живописи – от классиков нашего "другого искусства", представленных достаточно консервативной галереей "Пан-Дан", до полотен любимца многих галерей Валерия Кошлякова, от шелкографий Энди Уорхола, привезенных к нам из Вены Rudolf Budja/Artmosphere Galleries до лирической абстракции Гэри Хьюма в галерее Герцева. Но на "Арт-Москве" вполне традиционные формы поданы в правильной пропорции по отношению к специфическим формам актуального искусства – инсталляциям, видеоинсталляциям, кинетическим объектам и перформансам.

            Самая грандиозная инсталляция на нынешней "Арт-Москве" – "300 верблюдов" Нота Витала, швейцарца, работающего в Нью-Йорке. Триста верблюжьих черепов, расположенных строгими рядами, "смотрят" на "Верблюда" Пиросмани, являя собой картину "О поле, поле, кто тебя усеял мертвыми костями?". Только вместо поля – все центральное пространство третьего этажа, в роли костей – черепа верблюдов, которые художник вывез со скотобойни в Египте. Правда, в присутствии трехсот белых черепов Пиросмани теряется – и остается лишь завороженно всматриваться в страшное верблюжье кладбище. Так на третьем этаже ЦДХ, прямо над счастливыми женщинами-коллекционерами, жизнь на время проросла смертью.

            Другое представление устроил самый элегантный фрик во всей московской арт-тусовке – Андрей Бартенев. Галерея "Роза Азора" показала его скульптуру "Лондон под снегом". Впрочем, хотя официально работа и называется скульптурой, это скорее "тотальная инсталляция" – если следовать классификации современного искусства. Представьте себе темную, обитую изнутри светопоглощающим материалом комнату, где работают девять экранов и двадцать пять диодных табло. На одних британский флаг на глазах превращается в сине-бело-красные снежинки. На других эти снежинки вдруг начинают падать на лондонские улицы, на площадь перед Букингемским дворцом, на шляпы "бифитеров" и лохматые шапки королевской гвардии. Этот срежиссированный нежный снегопад под немудрящую музыку, похожую на всю вместе взятую британскую попсу (композитор Олег Костров), оказался одной из тех вещей, о которых говорят: "Оторваться невозможно". "Темная комната" Андрея Бартенева ни секунды не пустовала, все оказавшиеся на "Арт-Москве" англоманы выходили оттуда, хлюпая носом. К тому же роду явлений относится и мультимедийная концептуальная инсталляция Synestesia box Владимира Мартынова, которую привезла новосибирская галерея "Старый город". С помощью подвижных ярких ширм Мартынов превратил небольшое экспозиционное пространство в лабиринт, путешествовать в котором – что путешествовать внутри цветового спектра.

            Понятно, что и "Лондон", и "Верблюдов", и Synestesia box в состоянии купить разве что Церетели для своего музея на Петровке – купил же он несколько лет назад на "Арт-Москве" большую и неудоборасполагаемую инсталляцию Александра Бродского. Но присутствие подобных вещей на выставке рассчитано не столько на волшебное явление не стесняющегося в средствах покупателя, сколько на то, что любая приобретенная картина будет убедительным фрагментом большого мира современного искусства, который немыслим без произведений подобного рода.

Организатор и водовоз

            Впрочем, организаторам "Арт-Москвы" мало собрать на несколько дней всю арт-публику в стенах ЦДХ. Они хотят задавать ритм художественной жизни круглый год. Поэтому в свое время они решили, что мало продавать, надо награждать лучших из представленных на ярмарке художников, а затем выставлять их отдельно сразу же после закрытия ярмарки. Скоро, впрочем, стало ясно, что этот "хвостик" "Арт-Москвы" не имеет нужного резонанса ввиду всеобщей усталости от только что пережитых впечатлений. Поэтому дополнительную выставку превратили в самостоятельную премию "Черный квадрат", а демонстрацию произведений-лауреатов перенесли на открытие нового выставочного сезона – на осень.

            Во время же работы "Арт-Москвы", пока заинтересованная публика пребывала в гипертонусе, состоялось вручение и другой художественной премии – "Мастер". Ее в мае 2003 года учредили неизменные участники "Арт-Москвы" – галереи "Ковчег", "Арт-21" и "Сэм Брук". Они организовали голосование множества художественных критиков и экспертов, которые должны были отметить лучшее явление из выставочного 2003 года. В результате лауреатами и обладателями специальных призов стали Михаил Рогинский, Нина Котел и Константин Батынков (куратор галереи "Эксперт" – участницы "Арт-Москвы"). Эти переплетенные между собой события сообщили концу весеннего выставочного сезона накал, который мог бы сопровождать международную художественную биеннале вроде той, что проходят в Венеции, Стамбуле, Сан-Паулу – и которую нам обещают в начале 2005 года в Москве. Но пока потенциальные организаторы и кураторы московской биеннале скрещивают концептуальные копья, художники показывают на "Арт-Москве" свою версию этого события. Галерея "Кубометр" Виноградова & Дубосарского выстроила в ЦДХ небольшой Манеж ("Манеж, как рукописи, не горит!"), в котором художник Алексей Политов расположил биеннале Mixfight – "Бои без правил", то есть без кураторов и экспертов. Олег Кулик, Николай Полисский, Ирина Вальдрон, Нина Котел и множество других наших художников выставили в этом микро-Манеже свои микро-объекты. Смысл этого проекта куда как ясен: "Не художник для выставки, а выставка для художника" (не для куратора, коллекционера, покупателя, спонсора). Такой проект на жестко экспертной "Арт-Москве" – настоящий бунт на корабле. Но бунт подавлен не был, да и корабль совершенно не пострадал, даже наоборот, – обзавелся еще одним прекрасным экспонатом. Очередная мораль напрашивается сама собой: с умом организованный бунт радует душу капитана-начальника.

Профиль

2004-05-31

http://www.profile.ru/items_9339

Обречены на страшные Микки

Владимир Харченко

            В ЦДХ прошла восьмая Международная художественная ярмарка современного искусства "АРТ Москва". Зрелище, несмотря на всю свою веселость, весьма печальное: ярмарки в нем все больше, а вот современности и искусства – все меньше.

            В нынешней "АРТ Москве" приняло участие 45 галерей из 13 стран мира. Все стремятся быть как можно более "современными". Нынче это слово в применении к художественному искусству почему-то стало синонимом провокации, аттракциона и шаблона. Современное искусство отчаялось сразить зрителя мастерством и все последние годы пыталось покорить его идейно-креативной составляющей. Довольно долго это удавалось. На прошлогодней "АРТ Москве" большим успехом пользовались и Che Burashka Дамира Муратова (Чебурашка с "калашом"), и чучело Анны Курниковой от Олега Кулика, и инсталляция "Янтарная комната" Андрея Логвина (комната, все стены которой были заклеены масками Путина), и другие работы на тему Владимира Владимировича, политики и поп-персонажей.

            Нынешняя "АРТ Москва" ярко продемонстрировала: художники выдохлись. Мастерство по-прежнему не в почете, а с креативом начались большие проблемы. Куда ни глянь – все то же: Путин, который как объект поп-арта уже и в прошлом году был не особенно "свеж", Микки-Маусы и прочая анимационная живность – от Буратино до Человека-Паука. Судите сами: в прошлом году показывали статую Ленина с головой Микки-Мауса. В нынешнем уши бедного Микки торчали уже отовсюду. Даже из черепа Мао Цзэдуна (после чего китаец стал Mickey Мао и его оценили в $3000). В другом творении головы Микки и жены его Минни замещают штатные аналоги на плечах скульптуры "Рабочий и колхозница". Такой сплав отечественного и американского брендов тянет уже на $50 000.

            Президент в этом году размножился, как агент Смит. Только Смит был очень однообразен, а Путин много- и благообразен одновременно. То с бакенбардами Пушкина (работа Константина Латышева под названием "Путкин" предлагается за $4000), то рядом с иконой, то сразу одиннадцать Путиных в форме сборной России по футболу наводят ужас на незнакомых с дзюдо бразильцев и французов. Такое впечатление, что круче Путина большинство современных художников не может придумать ничего. Или боятся это выставить на всеобщее обозрение.

            В прошлом году американская семейка Симпсонов успешно вписывалась во "Всемирную историю искусств" Дали. Гомер с родичами довел цену шедевра до $5000. В этом году нас ожидал очередной "идейный прорыв": "Медведь на джипе". Итак, представьте: шишкинский лес с семейством косолапых. А в елях застрял голубой внедорожник Mercedes-benz ml430, по которому лазает медвежонок. Полотно форматом 197х301 см стоит $15 000. В павильоне потенциальному покупателю долго объясняли, что "художник потратил на картину два года своей жизни". Сам Шишкин, увидев голубого "мерина", наверное, постарел бы на столько же. Кстати, как оказалось, главное достоинство картины "Медведя на джипе" в том, что "она четко прописана". Да, "мерс" писался наверняка с натуры, причем мастерски. Правда, копированием классики студенты художественных вузов занимаются уже на младших курсах и особого таланта тут не требуется.

            Вообще, работы, не вызывающие дежа-вю, можно чуть ли не по пальцам перечислить. Это, несомненно, "Шахидка" ("3.2.1. Поехали!") Сергея Денисова и Ивана Колесникова ($1300) и "Идеальный ландшафт" Валерия Кошлякова, написанный правда, пару лет назад.

            Впрочем, ничего удивительного в том, что сюжеты и ходы начали повторяться, нет. Уж больно хорошую динамику продаж давали они в предыдущие годы – наблюдалось ежегодное удвоение итоговой суммы. Если в 2001 году общий итог равнялся $177 тыс., то в 2002-м "АРТ Москва" вышла на показатель $350 тыс., а в прошлом году художники собрали уже $500 тыс. В этом году, по оценкам организаторов и галерейщиков, наторговали на $750 тыс. – 1 млн. Такая сумма не предвещает ничего хорошего: похоже, в следующем году на "АРТ Москву" будет интересно смотреть только тем, кто не успел побывать на выставке годом ранее.

            Андрей Житинкин, режиссер-постановщик, заслуженный деятель искусств России: " Самое страшное для искусства – когда нет отзвука"

"Профиль": Вы были на выставке "АРТ Москва"?

Андрей Житинкин: Да, и мне очень многое понравилось. Я люблю провокацию в искусстве и подпитываюсь за счет провокационных художников. Для того чтобы как-то выйти из мейнстрима, нужно в него погрузиться и понять его. Еще меня порадовало большое число зарубежных художников на выставке. Конечно, я летаю по миру и могу видеть то, что происходит в искусстве в других странах, но все охватить невозможно. А на "АРТ Москве" можно посмотреть на срез мирового искусства – того, что сделано за последний год.

"П.": Кто вас поразил из российских художников?

А.Ж.: Голографическая скульптура Бартенева "Лондон под снегом" и голенькая шахидка. Она ценна для меня как для театрального режиссера – это контрапункт. У нее очень красивое тело, и эта красота собирается себя взорвать – палец лежит на кнопке. А глаза смотрят на тебя с мучительной болью. Это поражает. Вообще, в искусстве ходы должны быть неожиданными.

"П.": А что не понравилось?

А.Ж.: Временами у меня появлялось ощущение дежа-вю. Вначале я думал, что это чисто эстетическое ощущение, но потом понял, что художники представляют те же самые работы, которые я видел на прошлой "АРТ Москве". На месте галерейщиков я бы так не выставлял их. Приходя на "АРТ Москву", я ожидаю увидеть что-то новое. Понимаю, что "АРТ Москва" – это ярмарка. Но нельзя же из года в год выставлять одно и то же, пока оно не продастся.

"П.": Кстати, цены на ярмарке по сравнению с прошлым годом выросли вдвое. На ваш взгляд, это оправдано?

А.Ж.: Да, все логично. Настоящее произведение искусства бесценно. Кроме того, художник не всегда знает, в чьих руках оно окажется. Вопрос цены – это вообще вещь мифическая. Завышая цены, галереи помогают своим художникам. Ведь многие художники зачастую не знают, сколько стоят их произведения. А галереи выбивают за работы приличные суммы, и это нормально. Правда, я почувствовал невероятное расслоение. Есть талантливые художники, которые ходят в драных джинсах, а есть те, кто одевается в дорогих бутиках, но при этом работает на масс-культуру.

"П.": По вашему мнению, изобразительное искусство проигрывает, когда использует идеи массовой культуры?

А.Ж.: Да, если в произведении заложен ход, который предусматривает тиражирование. Это уже не искусство. Или когда люди, увидев что-то, говорят друг другу: "Я дома сделаю то же самое". Если просто повторить работу художника, это тоже не искусство.

Однако если есть стеб и он укладывается в мою систему провокации, то мне нравится. Например, "Путкин" (Путин и Пушкин). Я видел подобные вещи, но, скажем, есть тинейджеры, которые знают Путина и слышали в школе про Пушкина, – они хохочут. Значит, эффект достигнут. Самое страшное для искусства – когда нет отзвука.

Известия

2004-05-29

http://izvestia.ru/news/290504

Подорожало, но продается плохо

Николай Молок

            До закрытия ярмарки "Арт Москва" осталось два дня. Но уже сейчас можно сказать, что на нашем рынке современного искусства произошло что-то очень значительное, чтобы не сказать революционное: большинство галерей стало открыто объявлять цены на свои работы. "Известия" впервые публикуют список хитов ярмарки (цены приводятся в долларах США).

Илья и Эмилия Кабаковы. "У края" – 350 000.
Илья и Эмилия Кабаковы. "Новый аккордеон" – 300 000.
Илья и Эмилия Кабаковы. "Новые обои" – 300 000.
Энди Уорхол. "Портрет неизвестной женщины" – 295 000.
Энди Уорхол. "Рождение Венеры" – 110 000.
Энди Уорхол. "Перрье" – 95 000.
Энди Уорхол. "Кошка" – 90 000.
Александр Виноградов и Владимир Дубосарский. "Битлз в Москве" – 60 000.
Сергей Мироненко. "New" – 60 000.
Энди Уорхол. "Новая кола" – 60 000.
Энди Уорхол. "Портрет Джека Никлауса" – 60 000.
Александр Косолапов. "Рабочий и колхозница (Микки и Мини)" – 50 000.
Спенсер Туник. "Без названия" – 25 000.
Александр Пономарев. "Неистовый челнок" – 25 000.

            Правда, продажи пока идут не очень-то хорошо – красных кружочков, которыми отмечают проданные работы, немного. Тому есть, по крайней мере, три объяснения.

            Во-первых. Значительно выросли цены на искусство. Работ, которые можно купить за несколько сотен долларов, практически не осталось. Сегодня за хорошую работу известного художника нужно заплатить порядка десяти тысяч. А если эта работа огромная – то в несколько раз больше. Если на прошлогодней "Арт Москве" метровые картины наших звезд Александра Виноградова и Владимира Дубосарского продавались по 15 тысяч долларов, то сегодня их трехметровая картина "Битлз в Москве" выставлена галереей XL за 60 тысяч. Сравнительно невысокие цены, пожалуй, лишь на стенде VP-галереи (1,5 тысячи за принт Анны Броше) и галереи "Риджина" – поролоновая "Гора Куршавель" Сергея Шеховцова за 7 тысяч. На стенде галереи Д-137 "Адам и Ева" Ольги Тобрелутс (с лицами Элвиса Пресли и Мадонны) за 12 тысяч.

            Во-вторых. На "Арт Москве" появились вещи (в основном западных художников), которые продаются по общемировым ценам. Энди Уорхол за 295 тысяч долларов (австрийская Rudolf Budja Galerie) или Илья Кабаков за 350 тысяч (московская Stella Art Gallery) – это как на крупнейших мировых салонах "Арт Базеле" или "Армори Шоу". А такие вещи быстро не продашь.

            В-третьих. По мнению некоторых галеристов, виной всему то, что "Арт Москва" совпала с "русскими торгами" Sotheby's, прошедшими в Лондоне на следующий день после открытия ярмарки. И там, и там одни и те же коллекционеры, которые предпочли купить Айвазовского, а на, скажем, Олега Кулика денег и не осталось.

            Впрочем, основные продажи, как правило, приходятся как раз на последние два дня работы ярмарки. Так что подождем.

Время Новостей

2004-05-27

http://www.vremya.ru/

Snow-show зажигает

Сергей Хачатуров

            Нежданно-негаданно суперхитом ярмарки "Арт-Москва" стал проект Андрея Бартенева "Лондон под снегом". От устроителя бесконечных костюмированных балов с объектами-трансформерами никто не ждал чего-то такого, что было бы достойно высокого статуса Contemporary Art. Ну веселится человек, ну одевается в шмотки кислотного цвета, ну черные очочки в канареечной оправе на нем, ну шарики, ну бантики, ну просто хрен-знает-что... А тут вдруг, бац... Бартенев "сделал" "Арт-Москву". Всем известные галереи в который раз выставили на продажу всем известные работы всем известных "священных коров" российского Contemporary Art. А Бартенев вспомнил, что без импровизации и ломки стереотипов искусству крышка. И сотворил нечто такое, что не стыдно выставить и на лучших мировых выставках. Что-то очень изысканное, тонкое, умное, одновременно зрелищное, дорогое, высокотехнологичное. Патроном выступила галерея "Роза Азора".

            Входим в темный зал... Клином на стенах – девять экранов. По всем одновременно показывают имиджевый фильм о жизни Лондона, с Биг-Беном, караулом, Темзой и в меру эксцентричными аборигенами. По экранам плывут снежинки цвета красно-синего британского флага. На подиуме перед экранами сверкают двадцать пять диодных табло, тоже цвета британской империи. Каждое табло устроено так: наверху красные фонарики, внизу вертятся синие электрические буковки с какой-нибудь чепухой чепушистой вроде тех, что писали Кэрролл или Эдвард Лир (об устрицах, луне, веселье и вине). Действо сопровождается очаровательной и очень ритмичной песенкой падающих снежинок Олега Кострова на английские стихи Андрея Бартенева в исполнении Юлии Джуси.

            Само пространство этой инсталляции воздействует на тебя просто гипнотически. И Лондон под снегом (почему?), и музыка и цвет завораживают так, что уйти обратно из темной комнатки в зал высоколобого творчества других мастеров искусств совершенно не в силах. Вот оно, счастье! И кстати, все эти тонкие проблемы национальных культурных мифов, идентичности, иронического остранения присутствуют в работе Бартенева, но на правах невесомых снежинок, а не летящих в головы зрителя булыжников-манифестов и падающих сосулек-деклараций.

            Импровизация forever! На вернисаже "Арт-Москвы" благодаря ей случился еще один не запланированный устроителями подарок. Интернет-хиппи Flash-mob-движения целой армией атаковали здание ЦДХ на Крымском. Аукнувшись по "аськам", они все пришли в 18.30, и у каждого в руках была деревянная реечка. Беззвучно и молниеносно оккупировав третий этаж ЦДХ, "флэш-мобы" очертили на полу реечками свое собственное пространство "Арт-Москвы". Тонкая деревянная линия протянулась по всей анфиладе огромных комнат, а счастливые акционисты выстроились по этой линии, являя собой живой, веселый и жизнерадостный артобъект.

Коммерсантъ

2004-05-27

http://www.kommersant.ru/

Именем Марселя Дюшана

            Один из некоммерческих проектов художественной ярмарки "Арт-Москва" – экспозиция лауреатов премии Марселя Дюшана, присуждаемой французской Ассоциацией частных коллекционеров. Коллекционное искусство рассматривала Ирина Ъ-Кулик.

            В начале восьмилетнего существования "Арт-Москвы" просветительский пафос преобладал над меркантильными целями, и некоммерческие проекты казались важнее собственно ярмарки. Но сегодня просветительская миссия кажется удачно завершенной. Некоммерческая программа ужалась и поменяла свои цели. Два проекта посвящены не столько художникам, сколько коллекционерам. Отечественных женщин-собирателей прославляет проект "Женская сборная". А вкусы элиты французских коллекционеров демонстрирует выставка "Приз Марселя Дюшана".

            Приз, названный именем художника, который вдоволь поиздевался над непреложностью художественных ценностей, присвоив статус произведения искусства писсуару, вручается с 2000 года. Лауреатом может стать художник не старше 50 лет, проживающий во Франции. Победитель получает возможность сделать персональную выставку в Центре Помпиду. На московской выставке представлены трое лауреатов – Томас Хиршхорн, Доминик Гонсалес-Ферстер и Матье Мерсье.

            Томас Хиршхорн представлен инсталляцией "Конфискация". Длиннющий стол заклеен всевозможными бумажками. Обрывки упаковок от супермаркетной жратвы с оптимистическими рекламными слоганами постепенно сменяются отбросами потребления образов и идеологий. Кипы газетных вырезок со сценами военных действий, демонстраций или бедствий, а также фотографиями всевозможных политических лидеров и celebrity испещрены подписями от руки, напоминающими призывы к милосердию на плакатиках, с которыми ходят глухонемые нищие. "Пожалуйста! Не могли бы вы мне объяснить, что тут происходит?", "Полит корректно или нет это произведение искусства?". (Жаль, что надписи, без которых непонятен смысл произведения, остались без перевода.)

            Матье Мерсье вполне по-дюшановски демонстрирует расплывчатость грани между произведением искусства и предметом быта. Он составляет мондриановскую композицию из желтых полотенец и синей и красной пластмассовой посуды, педантично размещенных на черно-белых полочках. Или же создает "реди-мейд наоборот": монструозный белый гипсовый объект, напоминающий окаменевшую кучку странной субстанции, оказывается всего-навсего тройником – "кучка" испещрена отверстиями для штепселей.

            Доминик Гонсалес-Ферстер известна своими мультимедийными свето-видео музыкальными инсталляциями вроде показанного на последней Лионской биеннале "Космодрома", музыку к которому сочинил известный шведский электронщик-декадент Джэй Джэй Йохансен. На выставке в ЦДХ она представлена камерными видеофильмами, исследующими различные экзотические места. В праздной и праздничной толпе на ночном пляже Копакабаны голос за кадром ищет еще не встреченную любовь своей жизни. А звучащий по-японски, но снабженный английскими титрами бытовой треп невидимых собеседников, прогуливающихся вдоль набережной в Киото, звучит загадочно, как это свойственно любым подслушанным обрывкам чужого разговора.

            Премию Марселя Дюшана называют французским аналогом британской премии Тернера. Но если выставки номинантов и лауреатов Turner Prize редко обходятся без скандала, то во Франции все происходит без эксцессов. Некоторые работы лауреатов можно назвать критическими, но их вряд ли можно счесть провокативными. А вкус французских коллекционеров, собирающих вполне анти буржуазное и лишенное глянцевой зрелищности искусство, можно только одобрить.

Время Новостей

2004-05-27

http://www.vremya.ru/

Продается. И покупается

Фаина Балаховская

            На улицу современного художественного рынка пришел праздник. В "Арт-Москве-2004" все прекрасно. Наши сильные галереи – XL, Айдан и Гельмана – по-прежнему шагают впереди вместе со своими постоянно поднимающимися в цене звездами, но уже не кажутся лучами света на общем безрадостном фоне. Отстающие подтянулись, шеренги выровнялись. На стенде XL распевают битлы работы Виноградова&Дубосарского; наконец-то в Москве, у Гельмана, пищат цыплятами в картонной коробке Мизин с Шабуровым. Замечательный длинный стенд в вызывающе-доступном духе магазина IKEA выстроила "Риджина": картины размещены у стен на палетах – удобно и для осмотра, и для транспортировки. При всем богатстве выбора главный экспонат здесь – поролоновый "Куршавель" Сергея Шеховцова.

            Стало больше галерей: в этом году ярмарка ставит рекорд – 45 участников (из них 13 зарубежных), появилось и больше интересных художников, больше хороших работ. Привычно блистают любимцы публики и коллекционеров, но много и нежданных радостей. Среди них проект Андрея Бартеньева "Лондон под снегом" (галерея "Роза Азора"), галерея "Ковчег" с давно ушедшим в мир иной, но замечательно актуальным Павлом Спасским, галерея "Крокин" с чудесными снежными картинами Константина Батынкова (всего-то по две тысячи долларов). Не так давно эффектно ворвавшаяся на московский рынок галерея Stella Art предлагает работы Эмилии и Ильи Кабакова и зарубежных звезд – среди них очень актуальные и относительно доступные для людей с достатком выше среднего фотографии Спенсера Тюника (их продают по 25-28 тыс. долл.). Сотрудники галереи говорят, что три картины Кабаковых (приблизительная цена 300 тыс. долл.) уже проданы. А вот замечательный "старый" Александр Косолапов – еще нет. Хоть и цена на него значительно ниже – порядка 40 тысяч. Работы периода перестройки в цене: галерея "Кино" продает Шутова 1988 года, на стендах прошлогодних приобретений коллекционеров – картины Николая Филатова. Сенсацией стало сообщение, что Е.К.АРТБЮРО удалось продать "старого" Сергея Мироненко за 60 тыс. долл. Другие результаты первого дня "у наших" более скоромные: в "Риджине" купили картину Максима Мамсикова за 3 тыс. долл., в галерее Веры Погодиной – работу Бориса Матросова за 5 тыс. Но это только начало.

            Зарубежных классиков в этом году едва ли не больше, чем домашних звезд. Больше всего работ Энди Уорхола. Одну картину – тройное изображение долларового значка за 75 тыс. долл. – венская галерея Rudolf Budja/Artmosphere продала на вернисаже неизвестному "человеку, который занимается нефтью". Чудесной встрече помог серьезный анализ рынка и солидная предварительная подготовка – венцы знали, что долларовые знаки работы Уорхола популярны в России. Самая дорогая картина на стенде – "Неизвестная" за 120 тыс. – тоже вызывает интерес. Есть и более щадящие цены – за тиражный "Суп Кэмпбелл" просят на порядок меньше. На других стендах предлагают работы классиков – Роберта Раушенберга, Тома Вассельмана, Роя Лихтенштейна, и даже совсем свежих звезд – Гэри Хьюма и того же Тюника.

            "Арт-Москву" предваряет выставка достижений коллекционеров прошлого года. В этом году свои успехи демонстрируют женщины-коллекционеры. Приличных размеров выставка настраивает на оптимизм владельцев галерей и художников широтой интересов, разнообразием вкусов и уверенным стремлением к качеству: "Хорошее люблю, плохое – нет".

            Но достижения художественного рынка приводят в уныние бескомпромиссных любителей чистого искусства. Некоммерческие программы "Арт-Москвы" в этом году скудны и не тянут, как в былые времена, на зачатки Московской биеннале современного искусства. Сеанс коллективной психотерапии проводит на ярмарке галерея "Кубометр". Отстроив в миниатюрном формате здание утраченного Манежа, кураторы Дубосарский и Виноградов разместили внутри проект на эту болезненную тему. Крошечная Московская биеннале получилась завлекательной, с представительной международной и объемной российской программами и, что особенно приятно, недорогой и очень дружной: все художники участвовали в ней на добровольной и безвозмездной основе. Восстановленный без участия городских властей Манеж, организованная без кураторов и Министерства культуры биеннале – мечта освобожденного художника, да и только. Но от правды жизни не уйти. На законных основаниях – организаторы проекта принимали рекламу как прежде большой Манеж, только с кратным уменьшением стоимости – к макету здания прицепили открытку с известием о том, что настоящая биеннале все же состоится. Хоть это и кажется такой же утопией, какой представлялось некоторое время назад существование большой ярмарки современного искусства.

Газета

2004-05-27

http://gzt.ru/

Кноль и Диль спешат на помощь

Сергей Сафонов

            На фасаде Центрального дома художника до конца этой недели будет красоваться гигантский плакат: "Арт Москва" – международная выставка современного искусства". На самом деле все знают, что это ярмарка, и проводится она уже в восьмой раз.

            Сначала – история и статистика. Самая первая "Арт Москва" состоялась летом 1996-го, но тогда она мало была похожа на нынешний гимн актуальным художествам. На следующий год был создан экспертный совет ярмарки, который тут же взялся за селекцию потенциальных участников. Помимо московских арт-деятелей в его составе сегодня европейские галеристы Фолькер Диль и Ханс Кноль. В нынешнем сезоне участников столько же, сколько и в первый раз, а именно сорок пять, но репертуар и "классовый состав" заметно отличаются от первоначального; достаточно сказать, что тринадцать галерей – из-за границы. Так что несколько маниакальная мечта влиться в пресловутый "мировой арт-процесс" оказалась не такой уж и несбыточной.

            Другое дело, что успехи в такой интеграции нисколько не разжалобили ни федеральные, ни городские культурные инстанции: в материальном плане ярмарка, расположившаяся в этот раз на площади 6800 кв. метров, по-прежнему предоставлена сама себе. То есть делается за счет участников и перераспределения доходов от других проектов компании "Экспо-Парк. Выставочные проекты". Василий Бычков, ее директор и по совместительству директор ЦДХ, говорит, что в этом году Министерство культуры и массовых коммуникаций окончательно свело на нет и прежде хилое финансирование, а городской комитет по культуре его так и не начинал – хотя обещал. Волей-неволей организаторам приходится плавно сокращать число некоммерческих показов и более пристально следить за рентабельностью мероприятия, допуская в число участников даже те галереи, от которых прежде эксперты открещивались. Парадоксальная примета российского арт-рынка: финансовое благополучие далеко не всегда оказывается гарантией профессиональной работы и качества предлагаемого товара. Забавно, что стоило Бычкову, рассказывая о причудах городской культурной политики, заметить, что официальная Москва охотнее поддерживает совсем другое искусство, – и одним из первых посетителей вернисажа оказался Сергей Андрияка в окружении лужковских чиновников. Провидение уберегло его от недавнего пожара в Манеже, но намеченную персональную выставку ему все же хочется осуществить. Как выяснил корреспондент Газеты, заявка на гигантскую пятинедельную персональную выставку в ЦДХ уже подана. Так что присутствие "мэтра акварельной живописи" на идейно чуждом вернисаже носило, скорее всего, разведывательно-прагматичный характер.

            Структура ярмарки прежняя: на втором этаже, ближе к входу, – самые продвинутые, вроде "Айдан", XL и Галереи Марата Гельмана. Справа, и тоже поближе к началу коммерческой части, – иностранцы, включая бывших соотечественников из Риги. В глубине главного зала те, кто, может, и не берется формулировать идеологию современного рынка, но давно "в деле": "Кино", "Крокин-галерея" и другие.

            Наконец, по периметру и в глубине, – "артмосковские" новички или те, кого не очень-то хотели пускать, да вот соображения о пресловутой рентабельности подвели. Справедливости ради нужно сказать, что западные участники охотно добирают экспонаты для своих стендов в московских мастерских накануне вернисажа. На этом фоне особенно заметно появление на "Арт Москве" Stella Art Gallery, прописавшейся в российской столице, но предпочитающей привозить экспонаты "из-за бугра". Насколько это рентабельно, покажет время, но пока найти покупателя, допустим, на Уорхола несколько раз удавалось. И по экспозиции очень заметно, что слухи о коммерческих успехах поп-арта привели к возникновению целой плеяды российских мини-Уорхолов, в изобилии развешенных по стендам нынешней ярмарки.

Gazeta.ru

2004-05-26

http://www.gazeta.ru/2004/05/26/oa_121919.shtml

Художник не укусит, верблюд не съест

Игорь Чувилин

            Открылась очередная ярмарка современного искусства "Арт-Москва". Буйных художников, кусавших прохожих за пятку, сменили флегматичные верблюды.

            Восьмая международная ярмарка современного искусства "Арт-Москва" знаменует собой только одно – прошел еще год. Были времена, когда поход на "Арт-Москву" был аттракционом покруче американских горок, что находятся через дорогу – в парке Горького. Актуальный художник второй половины девяностых норовил задеть зрителя, ударить, выражаясь фигурально, под дых или укусить за пятку – буквально. Теперь – не то. Нынешний художник зрителя не обидит, он его если и не любит, то, во всяком случае, стремится привлечь. Он может даже совсем не уважать зрителя, но делает то, на что этот глупый и неуважаемый клюнет.

Бизнес, короче говоря.

            "Арт-Москва" 2004 года – это продолжение ярмарки 2003-го плюс проекты, обкатанные в прошедшем сезоне, – привычное, предсказуемое зрелище, а не то эстетическое испытание, каким она являлась раньше. Сами форматы работ говорят о стабильности и спокойствии – на ярмарке заметно преобладание больших и квадратных картин.

            Эталон буржуазного благополучия явлен в самом начале экспозиции, – перед входом в залы второго этажа по традиции показывают коллекции современного искусства. На сей раз от коллекционеров делегирована "Женская сборная" – двенадцать собирательниц демонстрируют работы из своих закромов. Многие вещицы еще совсем недавно экспонировались на выставках – вроде рисованной мелом картины Сергея Волкова, например.

Посетителю ярмарки таким образом деликатно намекают: здесь тратят деньги.

            Потратить можно немало. Во-первых, в Москву зачастили работы западных звезд. Уорхола, Раушенберга, Лихтенштайна и других привозят иностранные галеристы, как Рудольф Будья из Вены, и тутошние, ориентированные на западный продукт, как "Стелла-арт". Во-вторых, как радостно заметил член экспертного совета Марат Гельман, "наши галеристы научились произносить цены в 40, 50, 70 тысяч долларов". Это – уже за наших звезд. А звезды у нас все те же – Виноградов и Дубосарский, Кошляков, Звездочетов, Мизин и Шабуров...

            Налицо наращивание массы станкового искусства. Ведь интерьеры ждут. Но возвращение живописи, о котором так долго говорили, – мнимое: живопись-то по большей части плохая.

            Всякие компьютерные мутации изображений вроде "Путкина" (Путина-Пушкина) или Mickey Mao, оставляют впечатление розыгрыша – такое может висеть на студенческом сайте в разряде "приколы", но всерьез продавать это на художественной ярмарке немного странно.

            На этом фоне фотографии Олега Кулика кажутся верхом профессионализма, особенно серия с фрагментами тел и набившая оскомину "теннисистка" в галерее XL.

            Особое внимание привлекает нечто Андрея Бартенева, называемое в одном пресс-релизе то скульптурой, то "реальной тотальной инсталляцией". Проект называется "Лондон под снегом", он включает в себя видеоряд на девяти экранах и 25 диодных табло, сверкающих в темноте. Странным образом легкомысленное совмещение снежинок, выезда английской королевы, коротких фраз и музыки Олега Кострова дает цельный эффект. Все это вместе не имеет смысла, но так здорово прилажено одно к другому, что оставляет хорошее впечатление.

            Третий этаж занят "специальными проектами". По схеме только что прошедшей "Арх-Москвы" сюда поместили некоммерческие показы искусства иностранного. Есть тут японец Кобаяси, фрагментарно интересные грузинские художники, социально-замороченные финские, и французы – лауреаты премии им. Марселя Дюшана. Чего физически нельзя не заметить, так это 300 гипсовых верблюжьих голов швейцарца по имени Нот Витал.

Верблюды попытаются добраться до вашей "подавленной животной сущности".

            Если миссия верблюдов окажется невыполнимой, остается одна надежда: в ноябре этого года узнать, кто же был лучшим художником на "Арт-Москве 2004", – так называемая "Мастерская Арт-Москвы" перенесена на осень, вместе с премией "Черный квадрат".

ЦДХ. "Арт-Москва". 25-30 мая.

Utro.ru

2004-05-26

http://www.utro.ru/articles/2004/05/26/311753.shtml

Пугающие симптомы «Арт-Москвы»

Анна Линдберг

            Столичная художественная общественность, увлеченная актуальным искусством, совершенно отчетливо разделилась на два лагеря. Одни – оптимисты – ждут от "Арт-Москвы" чего-то новенького и свеженького. Другие – скептики – давно уже не ждут ничего.

            Ярмарка "Арт-Москва" открывается в Центральном Доме художника уже в восьмой раз. "Арт Москва" – это ежегодный художественный форум, на котором, по идее, должны быть представлены самые свежие имена и самые актуальные тенденции современного искусства. От конкурирующих проектов (например, погорельца – "Арт-Манежа") она, по замыслу, отличается наличием некоммерческих экспозиций, всевозможных форумов и семинаров. Вот только количество этих "недоходных" проектов с каждым годом неумолимо сокращается. Еще пару-тройку лет назад разнообразные некоммерческие выставки были гордостью "Арт-Москвы". В этом году их на удивление мало. В основном это иностранные проекты, проплаченные соответствующим посольством.

            С одной стороны, подобный дисбаланс можно считать признаком коммерческого успеха современного искусства. В былые времена, когда работы актуальных художников особо не продавались, их авторы нередко устраивали дикие и отвязные перформансы: кусали посетителей, резали живых баранов, писали нехорошие тексты провокационного содержания и просто потешали публику.

            С тех пор многое изменилось. Концептуальное искусство вошло в моду, его покупают и коллекционируют весьма обеспеченные люди. Зарезанный баран им не нужен. Постепенно галеристы, художники и даже некоторые критики пришли к выводу, что современное искусство – прежде всего коммерческий проект, многое зависит от раскрутки, от желания и требования покупателя. В свою очередь, кураторы "Арт-Москвы" мгновенно уловили изменение художественного климата и плавно перевели мероприятие в удобное коммерческое русло. Недаром организаторы с гордостью подчеркивают, что ярмарка "благодаря своему регулярному характеру стала одной из основ инфраструктуры российского современного искусства".

            И все же, несмотря на грандиозный размах, "Арт-Москва" последних лет обнаруживает пугающие симптомы. Художественная ярмарка неумолимо теряет былую связь со зрителем. Из крупнейшего фестиваля актуального искусства "Арт-Москва" постепенно превращается в модный дорогой магазин.

            Впрочем, это по-прежнему весьма удобный вариант для тех, кто хочет быстро и сразу познакомится с последними достижениями современных художников.

            Некоммерческая программа выглядит весьма живописно и интернационально. Французы раскошелились на выставку лауреатов премии имени Марселя Дюшана, грузины подогнали своих современных художников, японцы привезли цифровые фотографии Норио Кобаяши, швейцарцы организовали экспозицию работ скульптора с загадочным им именем Нот Витал, а сердобольные финны порадовали актуальным видеоартом.

            Из наших соотечественников на плаву остались только несгибаемая Escape с проектом "Художник, погибший под картиной в результате взрыва накануне вернисажа", И.Макаревич и Е.Елагина с инсталляцией "Кладезь жизни" и экспозиция Эрика Булатова, посвященная переводу картины "Опасно" на 12 языков. Еще три проекта: "Искусство и политика глазами студентов", "Промежуточные пространства" и "Выставка из собрания русских коллекционеров" – могут с некоторой натяжкой претендовать на международный статус.

            Учитывая ситуацию, сложившуюся на современном российском художественном рынке, наиболее злободневным выглядит французский проект "Выбор Франции". Выставка лауреатов премии имени Марселя Дюшана стала результатом сотрудничества двух ассоциаций частных коллекционеров: Ассоциации по распространению в мире французского искусства (ADIAF), самого крупного объединения коллекционеров современного искусства во Франции, и Клуба коллекционеров произведений современного искусства – российской ассоциации, созданной чуть больше года назад. Главная цель ADIAF – привлечь внимание широкой публики к французскому современному искусству. Коллекционеры сами выбирают, кому присудить очередную премию. Таким образом, рейтинг художника зависит не от расчетов галериста или прихоти богатого заказчика. Оценка людей, действительно любящих современное искусство и разбирающихся в нем, разумеется, более объективна. На "Арт-Москве" французы показывают работы трех первых лауреатов премии имени Марселя Дюшана: Матьё Мерсье, Доминика Гонзалез-Фёрстера и Тома Хиршхорна.

            Как всегда, радуют финны. Умение придать особый колорит вечным сюжетам и темам уже принесло мировую славу братьям Каурисмяки. Выставка финской фотографии в рамках последнего фотобиеннале тоже была на высоте. Теперь настала очередь художников. Проект финского видеоарта с романтическим названием "Упрямые сестренки и одинокие мужчины" посвящен, в основном, актуальным гендерным проблемам. Как и во всех лучших образцах финского искусства, в сюжетах, выбранных художниками, преобладают трагикомичные и гротескные черты. Например, "История человека, который замуровал себя в палатке". Или проект "Мальчикидевочка", рассказывающий о нелегкой доле девушек, внешне похожих на мужчин. Все сюжеты метафоричны и по сути посвящены проблеме самоидентификации человека в нелегких условиях современной жизни. Впрочем, благодаря специфическому финскому темпераменту, даже самые печальные персонажи выглядят не слишком мрачно.

Коммерсантъ

2004-05-26

http://www.kommersant.ru/

Искусство принадлежит покупателю

            В Центральном доме художника открылась VIII Международная художественная ярмарка "Арт-Москва". В ней участвует рекордное количество галерей – 45, 13 из которых зарубежные. Стенды галерей заняли весь второй этаж ЦДХ, вытеснив на третий этаж некоммерческие проекты. Впрочем, в этом году они на "Арт-Москве" играют роль необязательных бонусов. Их затмило искусство, выставленное на продажу. Рассказывают Ирина Ъ-Кулик и Милена Ъ-Орлова.

            "Не буди", – можно прочесть на веках Сальвадора Дали и Энди Уорхола, чьи портреты кисти Дамира Муратова представлены на одном из стендов. Но предупреждение запоздало: один глаз Энди Уорхола уже открылся, и нашествие подлинных художественных и коммерческих ценностей на российский арт-рынок уже ничто не остановит. Классика поп-арта стала откровением и хитом еще на прошлогодней "Арт-Москве". Энди Уорхола, Роя Лихтенштейна и Роберта Раушенберга, не сговариваясь, привезли многие западные галереи – и не остались внакладе. Так что и на нынешней ярмарке стенды ломятся от американских классиков и их подражателей. Работами Уорхола сплошь завешан стенд венской галереи Rudolf Budja / Artmosphere. Тома Вассельмана, Роберта Раушенберга, а также классиков послевоенной абстракции Фрэнка Стеллу и Джима Дайна представила стокгольмская Wetterling Gallery. Графика Роя Лихтенштейна 1960-1970-х годов, например ощетинившийся всевозможным фантастическим оружием комиксный триптих "И тогда я открыл огонь", представлена на стенде венской Lukasfeichtner Gallery (причем по вполне божеским ценам – некоторые тиражные вещи можно купить и за $1,5 тыс.).

            На нынешней "Арт-Москве" как-то растворились и классический соц-арт, и постсоветский триколорно-патриотический стеб. В прошлом году в глазах рябило от портретов президента – в этот раз скромно присутствует разве что представленный на стенде Айдан-галереи "Путкин" Константина Латышева. ("Путина и Пушкина в одном флаконе" можно приобрести за $4 тыс.). Но новый полиптих Владимира Дубосарского и Александра Виноградова, впервые показанный на стенде XL-галереи, представляет уже не Ельцина с Лебедем, не Толстого с Гоголем и даже не Сталлоне со Шварценеггером, а лиричнейших битлов, играющих на фоне высотки МГУ. Сие полотно способно умилить даже самых зачерствелых циников.

            Еще на прошлой "Арт-Москве" можно было отметить приятную тенденцию: отечественные галереи стали предлагать на своих стендах западное искусство. На нынешней ярмарке галерея Герцева выставила принты модного англичанина Гари Хьюма. Айдан-галерея присовокупила к работам своих постоянных художников два огромных, выше человеческого роста ножа-финки французского художника Франка Перрена. Смешанную экспозицию представила и вернувшаяся из погоревшего "Арт-Манежа" на "Арт-Москву" галерея "Риджина", устроившая свою экспозицию как некий гигантский запасник, забитый разнообразной продукцией – от фотографий Сергея Браткова до живописи молодых немецких, бельгийских и украинских художников. А украшением стенда стала гигантская поролоновая гора Сергея Шеховцова, украшенная лыжниками, джипами и увенчанная вулканическим извержением. Называется скульптура "Куршавель" и рассчитана явно на олигархов-горнолыжников. Участником "Арт-Москвы" впервые стала самая молодая и гламурная московская галерея Stella Art, представившая героев своих уже состоявшихся и еще готовящихся выставок: Алекса Каца, Дэвида Салле и, конечно же, вездесущего Энди. Его черный "Кот" 1976 года стоит $80 тыс. Stella Art показала и международных арт-звезд русского происхождения. Есть даже большая живопись самого Ильи Кабакова – до этого на московские ярмарки попадала только его ранняя графика. Живописные полотна в бытовом жанре украшены трогательными бумажными цветочками. Работы датированы 2002 годом, но являются своего рода римейком произведений, созданных художником в конце 1980-х годов, еще до его эмиграции – и они уже проданы. Словом, русские галереи взялись выставлять западное искусство, а западные галереи продолжают конкурировать с аборигенами, репатриируя русских художников. Главный итог первого дня: на нынешней "Арт-Москве" ревнивое сравнение "чужих" и "своих" теряет смысл. Вещи русских художников уже сравнялись в ценах с западным искусством – первой проданной работой на ярмарке стала картина 1990 года бывшего участника группы "Мухомор" Сергея Мироненко, ушедшая за 60 тыс. у. е.

Российская газета

2004-05-26

http://www.rg.ru/

Ничего серьезного – вернисаж

Ольга Кабанова

            Восьмая международная выставка-ярмарка современного искусства "Арт Москва", открывшаяся вчера в Центральном доме художника – чистый праздник для тех, кто хочет весело провести время. Современное искусство, которое только по инерции упрекают в мрачности и непонятности, повернулось к зрителю лицом. Выражение этого лица оказалось безмятежным.

            "Арт Москва" – коммерческое мероприятие с большими некоммерческими программами. Работами современных художников здесь торгуют, но для публики с нетолстым кошельком это единственная ежегодная возможность увидеть выставку отечественного современного искусства. И публика год от года охотнее этой возможностью пользуется. Особенно молодая, готовая развлекаться и не склонная к высокому духовному напряжению.

            На нынешней "Арт Москве" нет сложных для восприятия произведений, серьезных рефлексий по поводу сегодняшних социальными проблемами, и тем более, каких-то политических подтекстов и выпадов, нет даже художественных провокаций, хотя принято считать, что провоцировать зрителей – одна из главных обязанностей этого искусства. А еще пару лет назад все это было.

            Но умные художники понимают, как в наши дни ценится успех, и знают, как его достичь, не перегружая и не раздражая зрителей.

            Парадокс, но нечто мрачное, странное и физиологичное демонстрируют как раз зарубежные участники. Швейцарский художник Нот Витал показал впечатляющую инсталляцию "300 верблюдов" – три сотни белых гипсовых верблюжьих черепов выстроились в ряд перед репродукцией с портрета верблюда Нико Пиросмани. Чрезвычайно зрелищная работа, и что-то в ней есть про жизнь, смерть, природу. А программа современных финских художников "Упрямые сестренки и одинокие мужчины" посвящена как раз физиологическим переживаниям и половым различиям. Теме по определению не слишком красивой. Но наши к искусству относятся проще, наверное, потому, что наша жизнь сложнее.

            Главные герои современной отечественной арт-сцены, дуэт Александра Виноградова и Владимира Дубосарского появился на стендах нескольких галерей. С особой радостью мгновенного узнавания зрители встречают большую картину (эти художники никогда не стесняют себя в размерах, изображающая молодую и веселую группу Beatles на зеленом лугу в центре российской столицы. Помещать в воображаемый московский рай западных поп-идолов – прием для этих художников давно найденный и успешно эксплуатируемый. Вслед за Дубосарским с Виноградовым потянулись к понятному и другие художники.

            Даже обычно мрачный и устрашающий Арсен Савадов небрежно нарисовал на фоне голливудского холма балерину в пачке и святого с нимбом. Вышло смешно. Вообще картин на этот раз больше, чем инсталляций или видео – "Арт Москва" все успешнее продает работы, а картины покупаются лучше. Особенно такие прозрачно ясные, как у неоакадемиста Георгия Гурьянова, виртуозно и абсолютно серьезно нарисовавшего карандашом огромный реалистический портрет моряка, застывшего у прибора военного корабля. Такой покупкой запросто можно похвастаться перед гостями – сразу видно, за что большие у.е. уплачены. И выставленная на продажу "Родина-мать" Фарида Богдалова – веселая культуристка в купальнике, возвышающаяся над колосящимся ржаным полем – найдет своего насмешливого и небедного хозяина.

            Много есть на выставке-ярмарке и просто очень красивых, тихих работ. Вроде абстрактной графики швейцарца Стефана Шпихера или лирических рисунков акрилом на фанере Константина Батынкова. Есть работы технически эффектные, как проект памятника всем челнокам "от Катулла Веронского до министров иностранных дел" – длинная прозрачная труба, в которой водяной поток гоняет вверх-вниз тот самый челнок с портретом автора инсталляции Александра Пономарева.

            В общем, выставка получилась приятная во всех отношениях, показанное на ней искусство готово к быстрому и легкому потреблению. Не утомительное и не обременительное. Которое хорошо смотрится на одной выставочной площади с привезенными шелкографиями классика американского поп-арта Энди Уорхола, как известно, утверждавшего, что каждый имеет право на пятнадцать минут славы. Не знаю как славы, но нескольких минут зрительского внимания картины с выставки "Арт Москва" заслужили. Большего их авторы и не требовали.

            Если так все дальше легко и хорошо пойдет, то следующую "Арт Москву" можно переименовать в ярмарку декоративного искусства.

Независимая Газета

2004-05-25

http://www.ng.ru/accent/2004-05-25/7_market.html

Серый рынок. Почему трудно построить рейтинг современных московских художников

Михаил Сидлин

            Русский рынок современного искусства похож на мираж. То есть увидеть можно, а пощупать – нет. Потому что при прощупывании продавцы и покупатели начинают разбегаться.

            Артрынок – это серый рынок. То есть не тайный, черный – произведениями искусства все-таки не торгуют из-под полы, как наркотиками. Но и не вполне прозрачный – здесь слишком часто платят наличными, поэтому и покупатель, и продавец обычно заинтересованы в неразглашении сделки. Как сказала обозревателю "НГ" (при условии полной анонимности) одна из известных московских галеристок: "Ты знаешь, я была бы рада поставить у себя кассовый аппарат и платить все налоги, но ведь все равно мне будут платить налом". Источники нала обсуждать не станем.

            В России нет прозрачных компаний. И галереи современного искусства – не исключение. Поэтому и степень "прозрачности" русского артрынка значительно меньше, чем на Западе. Хотя и там работа художественного рынка связана во многом именно с возможностью бесконтрольной конвертации наличности в произведения искусства и обратно. Но все-таки самые дорогие продажи современного искусства в Европе и Штатах происходят публично. И происходят на вторичном рынке.

            Современное искусство – это эксклюзивный товар. Потому что тираж произведений ограничен. Инвестиции в них выгодны, когда спрос на художника растет. Работа, вовремя закупленная галереей или коллекционером, выгодно продается после повышения спроса. Так работает артрынок на Западе – благодаря перепродажам. В России вторичный рынок для современного искусства очень слаб, потому что весьма мало примеров успешных перепродаж. Наоборот, самое громкое событие на вторичном рынке за последние годы – аукцион "Гелоса" по продаже коллекции Инкомбанка в апреле 2002 года – сбил цены и показал, что инвестиции, сделанные в современное искусство в девяностых, были экономически неоправданны, ведь холсты в "Гелосе" часто продавались по цене более низкой, чем та, по которой они покупались Инкомбанком. Так что рынок современного искусства в Москве не перешел пока ту точку, за которой, собственно, и начинается рост. Вот вторая причина, по которой галеристы не любят говорить о продажах.

            Есть еще одна закавыка. Французские художники лучше всего продаются во Франции, американские – в Америке, а вот про наших этого сказать нельзя. Рынок российского современного искусства и российский рынок современного искусства – не одно и то же. Самые известные художники – выходцы из бывшего СССР – живут за пределами страны, как Илья Кабаков, их произведения – часть прежде всего интернационального рынка: так, ни одной работы Кабакова девяностых не было продано в России. Эта проблема существует и для художников, прописанных в Москве: картины Валерия Кошлякова или дуэта Виноградов/Дубоссарский сегодня лучше продаются на Западе, чем в России. В результате мы имеем экспортную модель. Так, галерея "Айдан" получает большую прибыль от участия в "Армори шоу" в Нью-Йорке, чем от участия в "Арт-Москве". Скажем, полиптих Рауфа Мамедова был продан этой галереей в 2004 году в Нью-Йорке за 35 000 долларов.

            Самой успешной продажей на российском рынке до сих пор остается опыт более чем десятилетней давности. В 1993 году на последней ярмарке "Арт-МИФ" в Манеже инсталляция Александра Якута была куплена в коллекцию банка "Империал" за 250 000 долларов. Где тот банк? Где та коллекция? И где та инсталляция? Об этом сегодня не знает сам художник, который, впрочем, готов сделать авторское повторение. Но вряд ли удастся продать его за те же деньги.

            Сегодня цены другие. И любой художник, выскочивший за планку в 10 000 долларов, уже может быть признан удачливым в Москве. К примеру, продан за 30 000 долларов портрет Патриарха Алексия, написанный Фаридом Богдаловым и Сергеем Калининым. Небольшая (120х150) картина – один из многих десятков эскизов к их огромному полотну "Заседание Федерального собрания". За образец было взято репинское "Заседание Госсовета", но вот герои – другие: современные политики. Так что успешно можно продать хороший портрет. И не только Патриарха Церкви.

            Лев Семенович Рубинштейн – живой классик московского концептуализма. Его портрет, написанный живописцем Семеном Файбисовичем, был продан не так давно галереей "Риджина" за 20 000 долларов. Суть в том, что портрет – одна из лучших работ Файбисовича, выполненная в духе фотореализма и задуманная еще в конце восьмидесятых. Теперь она украшает одну из московских корпоративных коллекций.

            Новые богатые готовы покупать современное искусство. Но пока что они боятся вкладывать в него деньги всерьез. Немногочисленные исключения лишь подтверждают правило: сегодня на русском рынке хорошо расходятся лишь работы стоимостью 8-10 000 долларов максимум.

            На фото: Самые дорогие мыши в столице. На ярмарке "Арт-Москва" Галерея Гельмана предлагает купить двухметровую бронзовую скульптуру за 40 000 долларов. Александр Косолапов. Микки и Минни.

Новые Известия

2004-05-25

http://www.newizv.ru/news/?id_news=6808&date=2004-05-25

Продать верблюда

Алла Архангельская

            Сегодня в ЦДХ открывается "Арт-Москва" – главная столичная ярмарка современного искусства

            VIII Международная художественная ярмарка "Арт-Москва", как и раньше, выставляет около сотни самых модных художников. Судя по экспозиции, с актуальным искусством в России все в порядке. За него по крайней мере платят. К примеру, картина маслом от Дубосарского и Виноградова стоит сегодня примерно столько же, сколько хорошая иномарка.

            В прошлом году гвоздем выставки были работы одного из самых ярких авангардистов XX века американца Энди Уорхолла. В этом году к творениям Уорхолла прибавят другого лидера поп-арта – Алекса Каца, который сорок лет подряд изображал свою жену Аду. Но подобные экспонаты здесь, на "Арт-Москве", многими воспринимаются уже как классика и ретро. От этой ярмарки всегда ждут потрясений и открытий.

            К примеру, если раньше вы думали, что Грузия – это лезгинка, шашлык и щедрый на выдумки Зураб Церетели, то после посещения ЦДХ стереотипы могут пошатнуться. К примеру, проект Neo Geo представляет три поколения грузинских художников: перестроечных, середины 1990-х и наших дней. Оказалось, что актуальное грузинское искусство, как, например, видео Нико Ломашвили, вполне способно не только отражать современность, но и просто иронизировать над собой.

            Главная же страшилка "Арт-Москвы" – экспозиция "300 верблюдов" швейцарского скульптора с эксцентричным именем Нот Витал (not vital по-английски значит "неживой"). История создания шедевра такова. Когда-то в 1988 году Нот Витал приехал в Египет, чтобы посетить верблюжью бойню. Зрелище не самое эстетичное. Для своего художественного проекта художник приобрел несколько верблюжьих голов. Вымыл их, отлил из гипса точные копии и насадил на шесты. Проект показывали во многих странах, причем в каждой г-н Витал отливал головы по-новому.

            Как рассказали "Новым Известиям" организаторы "Арт-Москвы", самая эпатажная арт-ярмарка столицы, как ни странно, пользуется популярностью не только у жаждущих крови и зрелищ любителей современного актуального искусства: "В прошлом году было продано подобных работ на полмиллиона долларов (в позапрошлом – в 1,5 раза меньше) ". Россияне начинают смотреть на современное искусство, не как на музейные экспонаты. Теперь они всерьез намерены это искусство приобретать. Как выяснилось, лучше всего идут интерьерные вещи или то, что можно хотя бы пощупать руками: скульптура и подобные скульптуре объекты. С видео или перформансом дело обстоит хуже – их на стенку, как известно, не повесишь.

            Самыми же удобными в быту, понятное дело, являются фотографии и живопись. Причем далеко не все из того, что представлено на "Арт-Москве", соответствует привычным понятиям о домашней красоте. Например, яичница или кусок недоеденной капусты, которые крупным планом снимает известный японский фотограф Норио Кобаяси (серия Digital kitchen), безусловно, подойдут для кухонного интерьера. Однако сам Кобаяси, создавая у зрителя эффект jamais vu (нового открытия знакомого места), с этим не согласен – он считает яичницу и капусту полноценными предметами искусства. Но покупателям это невдомек – таким образом, искусство актуальное превращается... в обычное декоративное искусство.

Независимая газета

2004-05-25

http://www.ng.ru/accent/2004-05-25/7_art.html

Сколько стоит ярмарка. Коммерческие тайны современного искусства

Михаил Сидлин

            Арт-Москва" существует с 1996 года. Сегодня открывается уже 8-я Международная художественная ярмарка. При этом количество галерей-участниц за год выросло с 37 до 45, а площадь коммерческой части ярмарки растет в еще большей пропорции: с 2471 кв. м в 2003 году до 3410 кв. м в 2004-м. Постоянный организатор "Арт-Москвы" – компания "Экспо-Парк. Выставочные проекты". Ее директор Василий Бычков ответил на вопросы "НГ".

- Сколько стоит "Арт-Москва" и какую прибыль приносит ее организаторам?

- Стоит она 105 долларов за квадратный метр для участников и является пока что абсолютно убыточным мероприятием для организаторов, потому что при средней паршивости рекламной кампании себестоимость проведения выставок в ЦДХ – от 140 до 160 долларов за квадратный метр. Если совсем не делать рекламы, то можно сделать и дешевле. Все, что переваливает за 150 долларов, – прибыльно для нас. Плюс к этому – довольно обширная некоммерческая программа, которая висит тяжелым камнем на бюджете. В среднем "Арт-Москва" приносит от 70 до 120 тысяч долларов убытка ежегодно, но мы не ропщем, потому что для нас это престижный перспективный проект, пиар-проект. Но в этом году мы надеемся, что дефицит будет сокращен за счет того, что количество участников увеличилось.

- Но ведь количество участников возросло не так уж существенно!

- Зато по размерам ярмарка выросла, потому что многие галереи взяли крупные стенды. Если раньше не было галерей, бравших больше 50 метров, то теперь у "Стеллы" – 100 метров, у швейцарской галереи – 80 метров, у "Розы Азора" – 108 метров, у "Риджины" – 80 метров. Много галерей, которые взяли хорошие европейские размеры. Чем больше метров берет участник, тем выгоднее для организаторов.

- Рассчитываете ли вы на то, что "Арт-Москва" разрастется до таких же размеров, как антикварные салоны, и займет постепенно весь ЦДХ?

- Если такими темпами будет расти рынок, то вполне возможно, что займет все три этажа. Но мы этого не допустим сознательно, потому что мы не хотим, чтобы это была слишком большая ярмарка. В свое время, в самом начале ярмарки, мы приглашали иностранных экспертов, и Цвирнер сказал нам, что не должно быть больше 70 галерей. Это немного по сравнению с кельнской ярмаркой, где 350 галерей, или с Базелем. Нам бы хотелось, чтобы это было небольшое образование, но качественное. При этом нам бы хотелось оставить некоммерческую программу, выделив под нее несколько залов. Может быть, вырастет цена стендов. Мы, честно говоря, не ожидали, что в этом году будет такой рост.

- Ходят упорные слухи, что на "Арт-Москве" есть привилегированные галереи, которые не платят или платят меньше...

- У нас все галереи платят одинаково. Есть официальные скидки – свыше 50 и свыше 100 метров. Есть обстоятельства – например, скидки иностранной галерее, у которой большие транспортные расходы. Но никакой системы в этом нет. Все происходит по обстоятельствам: кого-то пожалели, кого-то нет. Если делать какие-то тайные телодвижения, это будет некорректно

- Какова ваша оценка продаж на ярмарке в этом году?

- Продажи из года в год растут. На 750 тысяч или даже на миллион долларов мы можем выйти в этом году, потому что чувствуется, что денег много. Кроме того, кто-то из галеристов рассказывает нам после ярмарки, что он продал. Кто-то говорит, что ничего не продал, хотя и продал. Цены пока смешные по сравнению с Базелем, где одна галерея в среднем продает на 180-190 тысяч долларов. Но у нас динамика другая.

Время Новостей

2004-05-25

http://www.vremya.ru/print/98964.html

Слабонервным не смотреть!

Сергей Хачатуров

            Организуемая компанией "Экспо-парк. Выставочные проекты" VIII Международная художественная ярмарка "Арт-Москва" в этом году побивает все рекорды по количеству участвующих в некоммерческих проектах иностранных художников. Вывод: престиж "Арт-Москвы" повышается. Все более элитарная некоммерческая зона обязывает соответствовать и главный, рыночный раздел. С каждым годом в нем меньше случайного салонного мусора. Хороших, делающих погоду в художественной жизни крупнейших городов России галерей больше. Даже "рыночная" презентация их продукции год от года все чище и респектабельнее. По закону комплиментарности качество презентации реально отражается на экономическом успехе ярмарки. Итак, от традиционного ЦДХ мы постепенно двигаемся в сторону Берлина и Базеля. Танцуют все!

            В рамках международной программы "Арт-Москва" в период с 25 по 30 мая в Центральном Доме художника на Крымском валу запланировано проведение выставок известного японского фотографа Норио Кобаяси, выпускников Венской академии художеств, художественной школы Валанд (Швейцария), молодых французов – первых лауреатов новой премии по современному искусству имени Марселя Дюшана. Ожидаются финские "Упрямые сестренки и одинокие мужчины" – проект коллег из Скандинавии. Россия ответит достойно. На некоммерческий ринг со своими проектами выйдут чемпионы концептуализма Игорь Макаревич и Елена Елагина (инсталляция "Кладезь жизни", сделанная при участии галереи XL и Альфа-банка), Эрик Булатов (выставка одной картины "Опасно", организованная журналом WAM и студией Agey Tomesh). Современное российское искусство, за которое голосовали своим коштом VIP-дамы из Клуба коллекционеров, покажут на стенде "Женская сборная". Галерея Гельмана наконец-то заполнит информационную дыру о современном художественном процессе в Грузии. Евгения Кикодзе и Вато Церетели привезут видео, фотографии и живопись своих соотечественников. Будет на что посмотреть.

            Только никто не обещает, что настроение от увиденного станет благостно-восторженным. Сомнения не в качестве или авторитетности программ. Просто, судя по аннотациям проектов, одним из лейтмотивов "Арт-Москвы" окажется тема, которую гениально озвучила Фаина Раневская в шедевральной "Весне": "Красота – это страшная сила". К примеру, швейцарец Нот Витал увековечил в бронзе верблюдов, чьи головы были приобретены им на бойне в Египте. Художник подчеркивает связь искусства скульптуры с формой тотемизма. Ведь первыми скульптурами человечества были насаженные на шест обрубленные части плоти. Они использовались в качестве языческих символов. Невозможно читать без содрогания репортаж о посещении Виталом бойни, явившейся "поставщиком" его артистических образов: "В дальнем конце наполненного предсмертными криками зала головы верблюдов отбрасывались к ногам художника в обмен на деньги". Пограничной территорией между жизнью и смертью искусство оказалось и в работе Эрика Булатова, где буколический пейзаж с устроившейся в нем безмятежной компанией отдыхающих на травке заключен в раму из кроваво-красных слов "Опасно". Эта картина повторена 12 раз с надписью на многих языках мира. Кульминацией темы, наверное, может служить похожий на тотальные инсталляции Ильи Кабакова проект группы Escape. Название говорит само за себя: "Художник, погибший под картиной в результате взрыва накануне вернисажа". Если "Арх-Москва" этого года своим символом выбрала дорожный "тупик": букву "т" на синем фоне, то "Арт-Москве", вероятно, подойдет "пиратский" череп со скрещенными костями.

Известия

2004-05-25

http://izvestia.ru/

«Арт-Москва» обещает тройной удар

Николай Молок

            Сегодня в Центральном доме художника открывается Международная ярмарка современного искусства "Арт-Москва". Компания "Экспо-парк. Выставочные проекты" устраивает ее в восьмой раз. Ярмарка продлится до 30 мая.

            В этот раз в ярмарке участвует 45 галерей. В основном все те же, давно работающие на русском рынке современного искусства: "Айдан Галерея", Галерея М.Гельмана, галерея XL, Галерея Елены Врублевской, "Кино", "Риджина", "Роза Азора", "Файн Арт", "Крокин Галерея" и др. Но есть три новичка, участие которых в ярмарке должно не только сделать ее еще интереснее, но и обеспечить ей коммерческий успех – столь давно ожидаемый и, кажется, наконец достижимый.

            Во-первых, Gmurzynska Gallery (Кельн). Это, вероятно, крупнейшая в мире галерея, занимающаяся русским искусством. Через нее прошли тысячи произведений как русского авангарда (Малевич и компания), так и неофициальных художников 60-70-х годов (собственно, с этого "второго авангарда" и начиналась галерея, основанная Антониной Гмуржинской совместно с Кендой Бар-Гера). Галерея была замешана в нескольких (многих) скандалах, самый крупный из которых – история с вывозом из России коллекции Николая Харджиева: по имеющимся сведениям, в контрабандном вывозе десятков произведений русского авангарда помогала именно Gmurzynska Gallery. Вместе с тем галерея участвует во всех крупнейших мировых художественных ярмарках.

            И ее приезд на "Арт-Москву" – как ни крути – факт признания нашей ярмарки одной из важнейших в мире. На стенде Gmurzynska Gallery, вероятно, будут преобладать произведения русского неофициального искусства.

            Во-вторых, Orel Art Presenta (Париж). Очень хорошенькая и очень богатая хозяйка галереи Илона Орел показывает в Париже молодое и богемное русское искусство. По словам очевидцев, Париж содрогается от ее вернисажей – вся модная тусовка, шампанское бочками, икра ложками. Такое настоящее русское гулянье, только вместо цыган – веселые русские художники. При этом само искусство, которое показывает Orel Art Presenta, отнюдь не "матрешечное", чего можно было бы ожидать. Любимый художник галереи – Владислав Мамышев-Монро – вполне интернационален. Скорее всего он и будет главным героем на стенде галереи на "Арт-Москве".

            В-третьих, Stella Art Gallery (Москва). Галерея открылась только в конце прошлого года. Но зато как! Первая выставка – классики американского поп-арта: Энди Уорхол, Том Вессельман и Жан-Мишель Баскиа. Вторая – Алекс Кац, один из самых модных художников Америки. Теперь Stella Art Gallery поддерживает выставку Ильи Кабакова, которая откроется в конце июня в Эрмитаже. Задача галереи не только коммерческая, но и просветительская – продвижение в России современного западного искусства и международная раскрутка русских художников. Те и другие – Уорхол, Кац, Кабаков – встретятся на стенде галереи на "Арт-Москве".

            "Засилье иностранцев", – скажет кто-то. Что же поделать – такова, как говорится, конъюнктура нашего рынка. Мало того, в рамках некоммерческой программы будет еще несколько привозных проектов, главный из которых – выставка "Выбор Франции. Лауреаты премии Марселя Дюшана". Ее устраивают Французская ассоциация содействия культурным связям (AFAA) и московский Клуб коллекционеров современного искусства. Премия Марселя Дюшана – одна из самых важных в мире наград в области современного искусства. Покажут работы трех художников-лауреатов – Матье Мерсье, Томаса Хиршхорна и Доминик Гонсалез-Ферстер. Кроме того, в Москву приедут несколько десятков французских коллекционеров, которые, по замыслу русских организаторов поездки, немедленно начнут скупать наше современное искусство. И тем самым обеспечат окончательный успех "Арт-Москве".

2004-05-24

http://www.gif.ru/themes/culture/adaptation/

Арт Москва 2004: Адаптация

            25 мая в ЦДХ открывается традиционная весенняя ярмарка современного искусства "Арт-Москва". По сравнению с прошлым годом ее коммерческая часть заметно выросла, а некоммерческая стала практически коммерческой.

            Во всем мире арт-ярмарки делятся на те, которые продают modern art, и те, которые занимаются contemporary art. На первых продают так называемое салонное искусство: всяких шишкиных и айвазовских наших дней (они и рисовальщики умелые и картины пишут так, что на стену не стыдно повесить). На стенды последних тащят все чего не лень: от видео-фильмов до гигантских полотен, которые в нормальный дом-то не влезут. Пример торговли "модерн артом" в Москве до последнего времени существовал на "Арт-Манеже", а вот "контемпорари арт" традиционно показывают на весенней "Арт-Москве", которую уже девять лет самоотверженно организует компания "Экспо-парк. Выставочные проекты". Создана была наша актуальная арт-ярмарка по образу и подобию берлинского "Арт Форума". Ее главным отличием от манежного салона считается высокий уровень работ на стендах, за которым следит компетентное жюри, а также обширная некоммерческая программа, которая превращает "Арт-Москву" в эдакий фестиваль современного искусства. В коммерческой части ярмарки все будет, как обычно. На ней показывают все лучшее, что имеется в загашниках российских и даже западных галерей: от Олега Кулика до Энди Уорхола. Здесь, пожалуй, стоит обратить внимание на имиджевый проект Андрея Бартенева, сделанный для галереи "Роза Азора". Огромный белый павильон "Лондон под снегом" похож скорее на аттракцион. Внутри конструкции стоят 25 интерактивных разноцветных шаров, которые двигаются, охают, ахают, мерцают разными цветами и говорят о снеге, как о чуде голосами лондонцев.

            Некоммерческая часть в этом году обещает быть не менее интересной, чем коммерческая. По крайней мере три проекта, выставленные не на продажу, а ради просвещения публики заслуживают пристального внимания. Во-первых – это инсталляция классиков московского концептуализма Игоря Макаревича и Елены Елагиной "Кладезь жизни", которая в 2005 году будет показана на персональной выставке в Третьяковке, а пока в уменьшенном варианте разместилась прямо напротив цдхашного гардероба. Это ремейк старой работы, которую на волне перестройки и гласности у художников отобрал немецкий галерист. Состоит инсталляция из двух орлов; один из них деревянный – он олицетворяет Азию, а второй обмороженный – это Европа. Между ними в массивной деревянной раме расположен Черный квадрат, сквозь трещинки которого виден излюбленный художниками Буратино.

            Во-вторых, это внушительная инсталляция швейцарца Нота Витала, сделанная в духе европейского ярмарочного шоу – визуального аттракциона, где на двадцати трехметровых шестах красуются верблюжьи головы. Однако история создания этого проекта довольно-таки печальна. Дело в том, что в конце 80-х, когда господин Витал жил в Египте, он стал невольным свидетелем массового убийства верлюдов на местной мясной фабрике. Умерщвление огромных животных произвело на художника настолько сильное впечатление, что он решил увековечить их в памяти. Для этого он снял с голов верблюдов слепки и отлил с них скульптуры в бронзе. После этого он водружает памятники "Кораблям пустыни" на их прежнюю высоту и говорит, что "скульптура может хранить в себе жизнь". Убедиться в силе искусства можно прямо-таки в ЦДХ.

            И, наконец, третий проект, который весьма показателен для расширяющейся "Арт-Москвы". Это выставка, привезенная из Парижа. С одной стороны, этот проект назван некоммерческим, потому что пространство под него не покупается и не используется для продажи искусства. С другой стороны, он явно несет под собой коммерческую подоплеку, в том числе потому, что представляет частные коллекции художников, которые вполне могут распродаваться.

Ъ-Weekend

2004-05-24

http://www.kommersant.ru/

Кладезь современного искусства

Александра Обухова

            "Арт-Москва" ничем не напоминает пестрый восточный базар. Ее организаторы уже восьмой раз демонстрируют свою непреклонность, словно повторяя: качество, качество и еще раз качество. Иной раз и в ущерб количеству. И в этот раз на ярмарке не так много участников – всего 45 галерей, в основном из Москвы, а также из Санкт-Петербурга, Владивостока, Новосибирска, из Австрии, Германии, Франции, Италии, Швейцарии. Ожидается, как всегда, живопись и инсталляции, видеоарт и фотография, графика и перформансы. И главное – весь набор звезд современного русского искусства, сильно вздорожавшего со времен первой "Арт-Москвы". Плюс – редкая возможность купить в Москве модных иностранцев.

            По традиции процесс торговли сопровождается программой некоммерческих выставок. В числе наиболее интересных – проект "Женская сборная", организованный российским Клубом коллекционеров. Произведения, собранные молодыми и успешными бизнес-вумен, составят социально-психологические портреты своих хозяек. Здесь же и просто портреты светских львиц и коллекционерш, выполненные директором моды журнала ELLE Хеллин Кей и московским фотографом Игорем Мухиным.

            На нынешней "Арт-Москве" появится редкая возможность увидеть, как обстоят дела с современным искусством в стране, только что пережившей "революцию роз". Выставка "Neo Geo" собрала произведения грузинских художников трех поколений. Представители гордого народа намерены ниспровергнуть все связанные с Грузией и грузинским искусством клише, созданные массовой культурой. Картинкам "под Пиросмани", шашлыкам, буркам и кепкам-аэродромам, яркой пастозной живописи, безвкусной монументальной скульптуре и прочей знакомой экзотике авторы противопоставят стерильную интеллектуальность, иронию и новейшие технологии.

            Выставка современного финского искусства "Упрямые сестренки и одинокие мужчины", напротив, обращает особое внимание на стереотипы гендера (то бишь по-русски пола).

            Любопытной обещает быть экспозиция "Выбор Франции", представляющая творчество лауреатов премии Марселя Дюшана, учрежденной Ассоциацией по распространению в мире французского искусства и Центром Помпиду.

            Escape Program, признанная лучшей художественной группой по итогам прошлой "Арт-Москвы", готовит новый проект с мрачным названием "Художник, погибший под картиной в результате взрыва накануне вернисажа". Швейцарский скульптор Нот Витал привезет в Москву свой проект "Верблюды". Головы "кораблей пустыни" художник приобрел в Египте, на скотобойне, изготовил гипсовые слепки и разместил на шестах в Швейцарских Альпах. Печальные морды убиенных верблюдов-мучеников высятся среди гор в сердце Европы.

            Классики московского концептуализма Игорь Макаревич и Елена Елагина подготовили инсталляцию "Кладезь Жизни", в центре которой разместится сказочная избушка с "Черным квадратом" Малевича в красном углу. Домик охраняют сумрачные фигуры германских орлов, стального, покрытого инеем, и деревянного, с Золотым ключиком в когтях.

Независимая Газета

2004-05-24

http://www.ng.ru/

Илья Кабаков и Ролан Пети

Михаил Сидлин

            "Арт-Москва" за год выросла: с 37 до 45 участников. Но главное – не количественный рост, а качественное изменение.

            "Пожар пошел ей много к украшенью... После растворения Манежа в небытии (вместе с одноименной ярмаркой) ЦДХ превратился в площадку, у которой нет конкурентов. Были и будут, конечно, попытки организовать "салоны лучших галерей", например, в "Сокольниках" или в комплексе "Инфопространство", но эти попытки игнорируют одну, очевидную для Москвы, истину: художественная ярмарка – это не промышленная выставка, круг ее возможных посетителей гораздо шире ее клиентуры в узком смысле, а значит, такое событие может проходить только в месте "пригретом", "насмотренном", там, куда по привычке потянется зритель, привычный к созерцанию разного рода красот. И теперь "Экспо-Парк" (компания-устроитель "Арт-Москвы") наконец встал в позицию доминирующего игрока на рынке современного искусства.

            "45 участников по нашим масштабам – нормально. По европейским – маловато: на порядок меньше, чем на "Арт-Кельне", в три раза меньше, чем на "Арт-Форуме" (Берлин). Главное – тенденции. Впервые на "Арт-Москве" присутствуют галереи из Италии, Швеции и Швейцарии (хотя общее число иностранцев мало изменилось – на сей раз участвуют 13 против 12 в 2003 году, когда на ярмарке высадился десант австрийских галерейщиков). Расширяется российская территория современного искусства – так, в этом году впервые на ярмарке будет представлен город Новосибирск. Но главное – это новые галерейные имена.

            "Новички стоят внимания. Прежде всего "Стелла", начавшая свою деятельность в прошлом декабре и пока что единственная в Москве галерея, которая работает только с западным искусством второй половины XX века. Так что нашей публике уже знакома живопись Алекса Каца (на ярмарке будет одна вещь из тех, что уже выставляли на его недавней персоналке в "Стелле"). Но вот Дэвид Салле знаком скорее по имени, чем по работам (пока что привезут две, а в здании самой галереи экспозицию Салле откроют 10 июня). Это искусство дорогое (для нашей метрополии) в самом буквальном смысле слова – творение Каца стоит 100 000 долларов, цены на живопись Дэвида Салле колеблются обычно от 80 000 до 150 000 долларов. Но бесценным подарком должны стать три работы Ильи и Эмилии Кабаковых, выполненные уже на Западе, то есть не те старые листы из альбомов, которые уже долгие годы пылятся в столице, а такие вещи, которых никогда не было на русском рынке. Галерея "Стелла" – эксклюзивный представитель Ильи Кабакова в России, соорганизатор его грядущей выставки в Эрмитаже.

            "Анатолий Осмоловский, в прошлом – бурный радикал, окончательно переквалифицировался в галериста. Галерея "Франция" переименована в "Осмоловский-студио" и представит совместный проект то ли дуэта, то ли дуэли. 2 картины Петра Караченцова и 2 картины Анатолия Осмоловского будут вывешены напротив друг друга – как 2 грани современного искусства: холодный фигуратив Караченцова и абстракция Осмоловского, сделанная при помощи... пыли. При этом в работах Осмоловского присутствуют едва заметные глазу рифмы с работами Караченцова.

            "Наташа Селиванова, в прошлом – парижанка, превратилась в московскую галеристку. Лет семь тому назад Селиванова выставляла русскую боеголовку (проект Алексея Беляева) на дальних задворках площади Бастилии – мощь русского оружия, вывезенного за рубеж, впечатляла. Ныне ее московская галерея выставляет Наталью Жерновскую: художница готовит альбом "Балеты Ролана Пети в Москве". Книга будет издана в 2005 году. Часть снимков, посвященных московским постановкам французского балетмейстера, можно будет увидеть уже на "Арт-Москве".

Газета (Москва)

2004-05-21

http://www.gif.ru/themes/culture/adaptation/dealing/

Кто чем торгует

Сергей Сафонов

            "Будет, будет ваш "Арт Манеж", никуда не денется", – отчего-то вдруг, вне всякой связи с темой разговора, успокоил при последней встрече Василий Бычков, директор компании "Экспо-Парк. Выставочные проекты" (это он вместе с женой Ириной лет восемь назад придумал ежегодную весеннюю ярмарку современного искусства "Арт Москва").

            То ли накануне колонку в Газете прочитал, посвященную изменению расклада и перспективам московской художественной жизни в связи с недавним пожаром в Центральном выставочном зале. То ли просто интуитивно-обостренно усомнился в моей преданности идеалам актуальных художеств. "Арт Москву" и "Арт Манеж" всегда ведь считали эстетическими противоположностями. Это как Шевчук с Киркоровым. Так что проявление минимального сочувствия одной из ярмарок часто все еще воспринимается как "наезд" на другую.Но дело-то вовсе не в том, что действительно не хотелось бы ограничиваться созерцанием, допустим, живописного творчества "актуалов" вроде Дмитрия Гутова. Не хочешь – не смотри, выставок других навалом. Проблема – в хрупкости и ненадежности производственного цикла современного художника; неважно, новатора или традиционалиста. Теперь ведь любому необходимо наличие пресловутого рынка сбыта. Это в советское время одного моего знакомого пришедший в мастерскую на чердаке старого московского дома пожарный оштрафовал, выписав взыскание за "несвоевременный сбыт продукции". Тогда-то и цели такой не было – рисуй себе да складывай творения в угол. А теперь иначе.

            Так что вопиющее отсутствие ярмарки, куда вместо почившего "Арт Манежа" десяткам – а то и сотням – художников можно снести свежеизготовленные картины-скульптуры, неизбежно отольется появлением другого подобного арт-форума, вот о чем только речь. И любопытно пронаблюдать, как это будет происходить. Да ведь уже происходит. Вот, например, на днях в 1-м Зачатьевском переулке по соседству с Домом фотографии обнаружился другой, тоже оборудованный под выставки дом. Вернее, многопрофильная площадка, прежде не замеченная в стремлении к показам изобразительного искусства; называется "Международный информационно-выставочный центр "Инфопространство". Экспозиция, которую можно пронаблюдать там еще сегодня и завтра, носит название, образцово подходящее для жертвы этой колонки, – "Первый салон искусств "Лучшие художественные галереи". Нужно было иметь большие душевные силы, чтобы дать новорожденному такое имя.

            Хотели-то действительно как лучше. Наталья Сергиевская, аспирантка известного искусствоведа, издавшего вдруг толстенный том про то, как искусство ХХ века отразилось в коллекции церетелиевского музея, и по совместительству сотрудница этого самого "Инфопространства", как раз и оказалась энтузиастом, попытавшимся взбодрить московскую арт-ярмарочную жизнь. Конечно, будь я та аспирантка, никогда не рискнул бы так подставляться с названием. Девушка говорит, что вслед за станковым (в каталоге это слово отчего-то в кавычках, хотя речь впрямую идет о станке – мольберте, например, – на котором работает художник) мечтает показать и более продвинутое искусство. Кто ж не мечтает. Но я так и представляю лица Айдан Салаховой или Елены Селиной из XL GALLERY, на которых она "выйдет с предложением", особенно после нынешних "Лучших I". Это все искусствоведческие романтические намерения. Реальность заключается в том, что вопреки ожиданиям мероприятие оказалось не безобразным. Словечко "лучшие", конечно, стоит сразу отбросить, потому что не было тут никакого отбора, и лучше кого, допустим, галереи "Зеро" или "Пан-Дан", это еще вопрос. Просто репертуар у них стабильный, и к нему привыкли завсегдатаи почившего – быть может, только на время – "Арт Манежа". Можно сказать даже, качественный товар регионального потребления. "Особой удачей стало согласие галереи "Манеж" участвовать в Салоне", – пишут устроители. Галерея эта действительно долго и всерьез занималась современными станковыми художниками, но, на мой взгляд, в ее амплуа погорельцев-ньюсмейкеров есть много порочного. Вот и сейчас в каталоге, изданном "Инфопространством", вместо репродукций работ участников помещена фотография мартовского пожара. Чтобы не превратиться в еще одну хронически бездомную галерею, каких на "Арт Манеже" всегда было навалом, стоит подумать об иной выставочной стратегии. Ярмарка (простите, Салон) – не выставка, к ее экспозициям неправильно относиться как к платоническим показам искусства. В конце концов, художники и галереи просто предлагают товар, продажей которого хотят окупить расходы на участие. Есть еще вопрос притока покупателей, но это проблема любой, даже прикормленной, арт-площадки. Неспроста, например, "Арт Москва" зомбирует посетителей, демонстрируя частные коллекции современного искусства. Что касается "Инфопространства", тут много неплохих работ, которые не зазорно представить висящими над диваном, но уровень их все-таки не музейный, а интерьерно-декораторский. Так сказать, живопись-light. И вот еще что. Достались бы выставочные площади нового Салона искусств Союзу художников, уровень был бы наверняка выше, даже в рамках традиционного станковизма. Но печальное обстоятельство наших дней: настоящих профессионалов из творческого союза сюда не зовут, а сами они давно не в состоянии затеять что-нибудь подобное, хотя бы в собственном Доме художника на Кузнецком Мосту. Или хотя бы в мечтах.