Уважаемые посетители!
Cайт находится в разработке. По всем вопросам, пожалуйста, обращайтесь по телефону +79857686591 или по электронной почте ekartbureau@gmail.com. Благодарим за понимание.
Об открытии полной версии сайта мы объявим дополнительно.


Информация о проекте


   9-я международная ярмарка современного искусства

   Curators :

   24.05.2005

   29.05.2005

   





   Авторы






   Произведения






   Каталоги






   Публикации


Независимая газета

2005-05-31

http://www.ng.ru/culture/2005-05-31/6_territory.html

Территория вольности

Григорий Заславский

В ЦДХ закончилась Девятая художественная ярмарка "Арт Москва"

            Вечером в воскресенье в Центральном доме художника на Крымском Валу закрылась Девятая международная художественная ярмарка "Арт Москва". К семи вечера галереи-участники стали сворачиваться, снимая в первую очередь те работы, которые нашли себе новых владельцев. Судя по выражению лиц и по разговорам, кураторы были довольны. Художественные же итоги оказались не менее удачными, чем итоги коммерческие. Актуальные российские художники подтвердили мысль, высказанную организатором ярмарки Василием Бычковым: арт-рынок сегодня, быть может, последнее прибежище творческой свободы. Свободы – не свободы, во всяком случае – вольности. Могут убежища из подножных и подручных материалов собирать для детских и взрослых забав, могут – предложить "Рисунки по делу" с процесса в Мещанском суде (о проекте московского художника Павла Шевелева "НГ" уже рассказывала). Перефразируя великого проповедника Руссо, никто не в силах сделать несвободным того, кто рожден быть свободным. При желании даже обыкновенную корову из папье-маше, участницу грядущего этим летом в Москве "Парада коров", можно сделать узницей совести и правозащитницей.

            "Парад коров" – один из некоммерческих проектов нынешней "Арт Москвы", расположился на импровизированной лужайке прямо на первом этаже. Любой желающий может принять участие, для чего следует предложить организаторам парада свой эскиз. Но это – в будущем, когда коровы выйдут на улицы Москвы, в ЦДХ коров расписывали мастера, знаменитости. Самая золотая, буквально разукрашенная золотой краской и замысловатым орнаментом получилась у актрисы и художницы Анастасии Немоляевой, самая политически ангажированная – у Леонида Тишкова.

            Тишков превратил корову в ходящую прокламацию, на боках, брюхе, шее и даже вымени – строки из всеобщей декларации прав человека, в канонических положениях которой автор знаменитых серий стомаков, водолазов и даблоидов "человека" поменял на "корову". Отныне корова тоже имеет право на свободу слова и вероисповедания. Или – оборотная сторона художественной смелости – как и человек, ни этого, ни другого какого права не имеет.

            Среди некоммерческих проектов ярмарки – "Комедия положений", разнообразные видеопроекты, собранные со всего мира куратором Катей Дёготь. Бродишь по прихотливо выстроенным лабиринтам, смотришь, как девочка учится кататься на коньках, а мультипликационный дядька без устали куда-то идет, руками размахивая, время от времени оборачивается и на какое-то мгновение кажется вдруг, что лицо его приобретает реальные и даже знакомые черты. Но он отворачивается и, не замедляя ход, движется дальше. Узнавание – одна из радостей любой ярмарки современного искусства.

            Владика Мамышева-Монро можно было "узнать" сразу в нескольких экспозициях и проектах: в одной он в женском обличье "гримировался" для парадных, официальных портретов бывших членов и кандидатов в члены политбюро ЦК КПСС, Громыко, например, Зайкова, Шеварднадзе, в другом – среди других участников некоммерческого проекта Галереи Марата Гельмана "Питерские" – Мамышев-Монро примеривал на себя привычки и внешность Валентины Матвиенко, в третьей выгородке можно было полюбоваться "традиционными" его увлечениями: Мамышев-Монро – Чаплин, Мамышев-Монро – Монро... Кроме уже описанной тишковской коровы, работы Леонида Тишкова можно было увидеть и в специальном проекте "Крокин галереи", где Тишков присваивает Луну. Мучается с нею, вытаскивая из болота на своем горбу, любуется собственной своей Луной, размещенной на крыше дома. Это даже не Луна – месяц, так что при желании можно обнаружить в новом увлечении Тишкова исламские смысловые обертоны и игру с поп-символами нового столетия.

            Художественная ярмарка – дело, конечно, еще и коммерческое. Кто-то – просто продает. Скажем, среди актуальных портретов, объектов и специально обработанных фотографий вдруг натыкаешься на самую что ни на есть "запрещенную классику" 60-70-х – работы Вейсберга, которые предлагали купить за 90 тысяч долларов каждую. Купили или нет – неизвестно. К тому, что продается не просто так, можно отнести "Рисунки по делу". Кураторы проекта галереи "Ковчег", представлявшей рисунки Павла Шевелева, утверждают, что экспозиция разошлась. По словам представителей галереи, контекст был важен, так что потенциальные покупатели интересовались сразу несколькими работами и едва ли не все "Рисунки по делу" после "Арт Москвы" окажутся в частных собраниях. Правда, в разных.

Эксперт

2005-05-30

http://expert.ru/

Арт сделал свое дело

Юлия Попова

"Арт-Москва" собирается превратиться в главную ярмарку современного искусства. Пока же она является его главной выставкой.

           Жанр мероприятия под названием "Арт-Москва", которое в девятый раз проходит в Центральном доме художника на Крымском валу, правильнее всего назвать фестивалем современного искусства. Там есть ярмарка, где искусство продают и покупают. Там есть выставка, где искусство демонстрируют. Там показывают себя во всей красе звезды арт-сцены, а критики собираются на семинары. Но все это фестивальное разнообразие явлено нам в последний раз. По крайней мере, так накануне открытия "Арт-Москвы" заявил Василий Бычков – глава компании "Экспо-парк. Выставочные проекты", являющейся организатором этого арт-форума.

ПРИШЕЛ, УВИДЕЛ И КУПИЛ

            За последние годы "Экспо-парк" довел до совершенства трехчастную структуру "Арт-Москвы". Часть первая, некоммерческая: специальные проекты, которые сродни музейным выставкам, где есть куратор, жесткая концепция и вещи, собранные под эту концепцию из разных мест. Если бы речь шла об искусстве классическом, то можно было бы сказать, что некоммерческие проекты носят просветительский характер. Но в данном случае точнее было бы сказать, что они не столько просвещают публику, сколько позволяют ей привыкнуть к актуальному искусству, которое, как ни интегрировались мы в актуальный художественный процесс, не так уж и давно публично утвердило свое право на существование в наших краях.

            Часть вторая – коммерческая: галереи выставляют современное искусство на продажу. Выставляют все, что считают нужным, и никто им не указ. С той лишь оговоркой, что, участвовать той или иной галерее в "Арт-Москве" или нет, решает не только ее готовность оплатить требующиеся квадратные метры выставочной площади, но и особый экспертный совет из ведущих галеристов и арт-деятелей. Задача совета – зорко следить за тем, чтобы на "Арт-Москву" не пробрался кто-либо с сомнительным, то есть не вполне актуальным товаром.

            Наконец, часть третья – поучительная. Это опять-таки некоммерческий проект под названием "Современное искусство в частных коллекциях". Дань коллекционерам, которые покупают современное искусство, и урок всем остальным: актуальное художественное предложение пользуется вполне реальным потребительским спросом. "Познакомился-купил-украсил свою жизнь" – вот схема, которую из года в год воспроизводит "Арт-Москва", настойчиво внедряя ее в головы тех, кто пока не решил, зачем существует современное искусство.

ОДНИ УБЫТКИ

            Так "Арт-Москва" превратилась в действующую модель кругооборота современного искусства в мире. Только там, в мире, который подольше имел дело с актуальным художественным опытом, искусство показывают одни, а продают другие, причем в разное время и в разных пространствах. Показывают на художественных биеннале в Венеции, Стамбуле, Сан-Паулу. Продают в Кельне и Базеле. У нас же вплоть до нынешнего года за все про все были "Арт-Манеж" и "Арт-Москва". Первый – менее разборчивый в том, чем торговать, вторая – с самого начала заявившая, что ничем, кроме как настоящим актуальным, торговать не будет. И, как бывает с продавцами слишком нового товара, "Арт-Москва" превратилась из продавца в пропагандиста. В результате ярмарка обросла гроздьями выставок и вся превратилась в сплошной некоммерческий, а попросту говоря, убыточный проект, который уже девять лет "вытягивают" другие проекты "Экспо-парка": антикварные салоны и приносящие прибыль специализированные выставки-ярмарки вроде "Дизайна и рекламы".

            Со следующего года все будет не так: с некоммерческими проектами "Арт-Москва" попрощается, а стоимость квадратного метра выставочной площади, застывшая на отметке 105 долларов, стремительно рванет к 200 евро, что на сегодняшний день составляет minimum minimorum даже для "начинающих" ярмарок современного искусства.

            Почему сейчас? Потому что миссию "Арт-Москвы" можно отчасти считать выполненной: современное искусство захватывает все больше пространства и времени в российском календаре художественной жизни. Кроме того, в этом году у современного искусства появился новый агитатор и водовоз – в Москве прошла I Биеннале современного искусства. Так что на "Арт-Москве" наконец можно будет только продавать.

            Сказать по правде, не очень-то верится, что после стольких лет беззаветной поддержки актуального искусства "Арт-Москва" вот так, разом, избавится от всех своих некоммерческих попутчиков. Но рано или поздно это произойдет, и тогда лицо "Арт-Москвы" изменится. Станковое искусство вытеснит инсталляции и видео. Прошедшие за последние пять лет выставки из частных собраний не позволяют усомниться: коллекционеры покупают то, что висит на стенах. Видео- и предметным инсталляциям остается рассчитывать разве что на желание Церетели пополнить собрание своего Музея современного искусства на Петровке.

            Но пока этого не произошло, и на нынешней "Арт-Москве" некоммерческие проекты жили припеваючи. На открытии публику встречал десяток белых коров из какого-то полимера, которые к концу работы ярмарки были расписаны разными художниками. Так положили начало московскому "Параду коров" – мероприятию безотходному и образцово-показательному. История эта из разряда "лучше поздно, чем никогда" – "Парад коров" за десять лет своего существования уже осчастливил десятки городов на всех континентах. Обязаны мы этим художникам, швейцарцам по происхождению, Вальтеру и Паскалю Кнаппам. Девять лет назад они придумали соорудить нескольких коров в натуральную величину и расписать их для выставки в Цюрихе. Идея так понравилась их спонсорам, что они дали им денег на целое стадо, и художники стали возить его по разным городам и весям. На два-три месяца расписанные местными художниками коровы разбредаются по городу, забавляя публику, потом уходят с молотка, а вырученные деньги тратят на благотворительность. Так современное искусство служит делу регенерации городской среды, социальной терапии и просвещения публики, которая вовлекается в художественный процесс прямо по дороге на работу. Что и будет происходить в Москве до самого октября.

            Прямо над коровами наши художники праздновали десятую годовщину выхода в свет русского "Плейбоя". Праздновали и дарили любимому журналу подарки. Подарки эти были исполнены пуританской нежности и душевного тепла. Семь футов тебе под килем, дорогой Playboy, плыви по волнам наших желаний! Как "Корабль" Сергея Шеховцева – тесная ванна, в которой под "Веселым Роджером", то есть "веселым зайчиком", бултыхается в пене компания с дамочкой, у которой на голове то ли ушки торчат, как у playmate, то ли платок повязан, как у Солохи. А в общем-то, какая разница – наяву она, может, и Солоха, а во снах своих самый настоящий "зайчик" с ушками и меховым шариком на копчике. И все мы, благодарные потребители Playboy, мысленно, концептуально, так сказать, всегда там, где "про это", а телесно все больше в офисах и на вернисажах. Потому-то мы к нему с такой теплотой. И он отвечает нам тем же, наш уютный домашний журнал, который после присоединения к издательскому дому Burda того и гляди оживит снимки голых девиц советами по уходу за малышами, кулинарными рецептами и узорами для вышивки крестиком.

ГОСТИ СТОЛИЦЫ

            А над праздником "Плейбоя" – "Питерские". Выставка вроде бы об искусстве северной столицы, а на самом деле о торжестве глобализации в современном искусстве. Огромное пространство заняли питерские художники, которые, как мы привыкли думать, очень отличаются от московских. У них там Тимур Новиков и "Новая академия", играющая, как на лире, на изобразительных мотивах и смыслах классического искусства, они там мастера переодевания и проникновения в глубь художественных традиций. Но теперь Тимура Новикова нет, и стоило питерцев выставить Марату Гельману, как оказалось, что разница между "питерскими" и "непитерскими" не так уж и велика.

            Да и как вообще провести границу между "питерскими", "московскими" и еще какими-нибудь, если в нашем выставочно-галерейном пространстве за последние годы все смешалось и перепуталось? Гельман и сам принял в этом участие, выставляя у себя в Москве "питерских", а в Питере, в Русском музее, – "московских" и "южнорусских" (выставка "Южнорусская волна"). Да что там Москва и Питер! В этом году половина участников "Арт-Москвы" – зарубежные галереи. Вот что они привезли: Базельская Leonard Ruethmueller, кроме снимков Йоко Оно, – Валерия Кошлякова и Владислава Мамышева-Монро. Причем того Монро, которого мы только что видели в Москве на фестивале "Мода и стиль в фотографии". Парижская Orel Art Presenta – Арсена Савадова, Комара & Меламида и того же Кошлякова. В общем, торжество глобализации в одном отдельно взятом выставочном пространстве.

            В то время как художественный процесс становится все более единым, его главные события поляризуются. Если "Арт-Москва" собирается превращаться в ярмарку и только ярмарку, наша художественная жизнь обретет два полюса: биеннале, где показывают и смотрят, и "Арт-Москву", где продают и покупают. Если бы Московская биеннале современного искусства была бы столь же строга концептуально и так же хорошо организована, как "Арт-Москва", такой порядок вещей стоило бы признать идеальным.

Время новостей

2005-05-28

http://www.vremya.ru/2005/91/10/126002.html

Искусство выиграло вчистую

Сергей Хачатуров

            IX выставка-ярмарка "Арт-Москва" подтвердила: современное искусство – штука прибыльная, модная и престижная. В качественном отношении нынешняя ярмарка превосходит все предыдущие. Шляясь от стенда к стенду российских и западных галерей, пожалуй, впервые испытал синдром коллекционера. Ах, были бы деньги, купил бы это, и это, и это. Уровень предлагаемого разными галереями товара отменный. К высокой планке менеджмента тянутся все: грамотность экспозиции "Файн-Арт", VP Studio, других московских галерей мало чем уступает эталонной для столицы Stella Art; работающая с трендом неоакадемизма питерская галерея "Д 137" даст фору работающей с тем же трендом московской "Айдан".

            Приглянулись хорошие инсталляции, объекты, фаворитами среди которых считаю представленный американской галереей "I – 20" объект Питера Саркисяна (Peter Sarkisian). Это обычное ведро, заполненное водой. Вода кипит и пузырится, и цвет ее малахитовый, будто в алхимической реторте. И только присмотревшись внимательнее, замечаешь, что процесс этот чистейшая симуляция: на спокойную воду в ведре проецируется сверху видеофильм с бульканьем и зеленым свечением. Чистейший обман зрения и слуха – искусство для искусства.

            Мейнстримом нынешней "Арт-Москвы" стала красивая, дорого сделанная живопись. Ею торгуют и российские, и западные галереи. Вот наблюдение: модные, раскрученные российские художники представлены не только отечественными, но и европейскими галереями. Там и сям, и на русских, и на французских, и на немецких стендах мелькают работы Мамышева-Монро, Кошлякова, Айдан Салаховой, Дубосарского с Виноградовым, Шеховцова. Современное российское искусство востребовано и любимо Европой. Так держать.

            Диапазон цен "Арт-Москвы" таков. Работы мэтров отечественного современного искусства (уровня Кабакова, Захарова, Булатова) стоят в пределах 20-40 тыс. евро. На стенде Stella Art, кстати, выставлен изобретательный объект Вадима Захарова "Баухаустора". Он напоминает древний свиток, который нужно перематывать, вертя деревянные ручки-стержни. Перед глазами прокручиваются архивные фотографии легендарной для мирового конструктивизма (функционализма) немецкой школы Баухаус, созданной и построенной в конце 1910-х – 1920-е годы Вальтером Гропиусом. Свиток упакован в элегантный деревянный футляр, стилизованный под здание Гропиуса. В пушкинское время такой же вот архитектурный аттракцион-панораму придумал и сделал Василий Садовников, свернув в рулон и упаковав в ящик картинки с Невским проспектом: крути ручку – мотай кино – любуйся. Так вот, достигнута договоренность о продаже "Баухаусторы" галереей Stella Art хозяину империи мирового Contemporary Art – Музею Соломона Гуггенхайма за цену, превышающую 35 тыс. евро. Это одна из сенсаций "Арт-Москвы".

            Работы молодых, но хорошо зарекомендовавших себя художников продаются по ценам более умеренным, в пределах 3-10 тыс. евро. И это хороший старт и свидетельство престижа профессии. Не зря же лучшие мои друзья-художники желают бросить сегодня надоевшую им работу рекламных менеджеров и веб-дизайнеров и заняться только искусством.

            P.S. И все-таки жаль, что коммерческий триумф российского искусства новейшего времени связан пока с обеими столицами. Остальная Россия все еще за скобками.

Газета

2005-05-27

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/its-no-basel/

Тут вам не Базель

Сергей Сафонов

            Неподалеку от дома, где я живу, в помещении, знавшем взлеты и падения от овощного магазина советской эпохи до постперестроечных ломбарда и турбюро, одно время располагалась галерея. Над входом довольно долго так и было написано: "Галерея художественная", и дальше – название довольно известной в районе торговой фирмы. Я даже однажды заходил в ту галерею. "В руководстве нашей компании есть человек, который очень любит искусство", – доверительно сказали мне ее сотрудники, сообщив также, что один из владельцев многопрофильного треста действительно "немного рисует". Но даже личная причастность к изящному не помогла, и с недавних пор вывеску снова пришлось сменить. Теперь на ней написано "Гастроном". Жаль, что не "Овощи – фрукты", как было когда-то; стабильности современной России по-прежнему не хватает.

            Дополнительные выходные, на которые традиционно богата первая половина мая, хороши не только тем, что в эти дни появляется возможность помыть окна или убраться на загородных участках. Можно использовать время иначе – например, разобраться в архиве давних публикаций. Что лично мною и было проделано. На излете минувшего ХХ века, анализируя ситуацию в сфере изящных искусств и нарождающегося российского художественного рынка, я, оказывается, писал в одном почившем ныне издании: "В мировой практике настоящими галереями (а не салонами или выставочными залами) принято считать организации, имеющие собственную творческую программу. Специализируясь на том или ином сорте искусства – от антиквариата до актуальных художественных стратегий, – они поддерживают постоянный круг своих авторов. Приглашать же к участию в серьезных международных биеннале и ярмарках и вообще брать в расчет принято лишь те из них, что существуют не менее 3-5 лет и делают в год не менее шести открытых для публики экспозиций, сопровождаемых каталогами и другими более или менее фундаментальными изданиями. У нас все иначе. Сегодня число галерей в Москве установить довольно трудно – "европейским" словом gallery готовы называться и муниципальные выставочные залы, и мелкие магазинчики, торгующие сувенирами".

            А в отчете об одной из первых столичных художественных ярмарок сообщал: "Каталоги наших ярмарок и арт-салонов заполнены номерами домашних телефонов никому не известных "субъектов рынка". К сожалению, пока это неизбежно: из-за несовершенства законодательства даже многие из лучших российских галерей по документам оказываются фондами, некоммерческими организациями и даже несамостоятельными подразделениями структур, работающих в совершенно иных сферах". Вот в чем у нас все-таки есть стабильность. Прошли годы; считается, что рынок изобразительного искусства возмужал и окреп, даже завоевал позиции на мировой художественной сцене. Например, приближающимся летом московская "XL-галерея" впервые будет допущена на престижный Art Basel. Еще несколько потенциальных российских участников грандиозной швейцарской ярмарки не первый год состоят в списке претендентов. Но считать ли это полновесным успехом, а не исключением из имеющейся пока практики?

            Допустим, нынешняя "Арт Москва". Берешь в руки ее каталог, перелистываешь страницы – пожалуйста: парижская Galerie Iragui основана в 2003-м, одновременно с московской Stella Art Gallery, Гари Татинцян открыл свои залы на Ильинке по случаю первой столичной биеннале, Pop/off/art стартовал около года назад. Примерно половина участников "Арт Москвы 2005" вообще пренебрегла требованием указывать в каталоге дату своего возникновения. Понятно, у нас тут не Базель, многие кураторы новорожденных (или очень молодых) очагов contemporary art прежде трудились в других известных местах, и оттого мы их давно знаем и любим. Но зачем уж тогда, во-первых, заявлять условия галерейного участия в ярмарке, как у больших? А во-вторых, стоило ли в этот раз непременно унижать цензорскими соображениями галерею "M'АРС" (первую, кстати, в списке постсоветских отечественных галерей), пожелавшую наконец оторваться от своих вечных строительств и ремонтов и вернуться в пространство нарождающегося, как и десять лет назад, арт-рынка? Или препираться со стабильно работающей "Розой Азора", твердо решившей показать на "Арт Москве" живопись Ирины Затуловской, известного и узнаваемого автора? Тем более в результате дискуссий обе галереи показывают примерно то, что и собирались демонстрировать изначально.

            В дни "Арт Москвы" ее компания-устроитель "Экспо-Парк. Выставочные проекты" провела совещание по поводу другой своей ярмарки – назначенной на декабрь второй "Полвека советского искусства". Поверьте на слово: наибольшее непонимание вызвало предложение корреспондента Газеты включить в экспозиции наряду с образчиками казенного соцреализма и произведения соц-арта: одно явно произрастало из другого в течение десятилетий. Большинство советских нонконформистов и географически, и даже эстетически были связаны с официальным стилем эпохи и укладом ее выставочной жизни; даже на нынешней "Арт Москве" немало произведений, в которых пробиваются советские гены. Теперь, когда советская Атлантида уходит под воду, стоило бы зафиксировать ее культуру возможно более полно; один из способов – сложить ее проявления в общую мозаику, хотя бы на время проведения очередной ярмарки. В том же Базеле, говорят, в разных концах ярмарки торгуют очень разным искусством, – но это пока еще не наш метод.

Известия

2005-05-27

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/in-figures/

Культура в цифрах

            69% россиян считают, что "культура и искусство приходят в упадок" Согласно результатам опроса, проведенного ВЦИОМом среди 1600 человек в 100 населенных пунктах 40 областей, краев и республик России, лишь 23% россиян положительно характеризуют современное состояние культуры. Остальные опрошенные считают, что из-за коммерциализации культуры и искусства снижается общий художественный уровень. На вопрос, допустима ли передача в частные руки памятников истории и культуры, музеев, театров, 7% опрошенных ответили, что считают это нормальной практикой, 25% соглашаются допустить это только в случае финансовой недееспособности государства. 66% полагают, что культурное наследие должно находиться целиком в государственных руках.

            53 галереи приняли участие на ярмарке "АРТ-Москва" На открывшейся 24 мая в Москве 9-й Международной художественной ярмарке за произведения Ильи Кабакова просят 300 000 евро, а за картины группы "Мухомор" – 80 000.

Новые Известия

2005-05-27

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/nov-izv/

Продажное искусство

Сергей Соловьев

Новые российские арт-коллекционеры предпочитают сталинский реализм и гомоэротические фото.

            Судя по международной ярмарке "Арт-Москва", развернувшейся в эти дни в ЦДХ, дела с современным искусством у нас идут не так плохо. В России наконец-то стал формироваться арт-рынок – появились люди, готовые покупать работы новых художников. Правда, выбор покупателей оказался более чем странным.

            За избитым советским лозунгом "искусство принадлежит народу", как теперь уже ясно, скрывалось отчуждение искусства от народа. Народу – значит, никому. Оттого арт-рынок был понятием глубоко чуждым советскому строю. Творцы (члены Союза художников) создавали что-то "вечное" – изначально нацеленное на музеи, тогда как рядовые советские граждане для украшения быта (а потребность эта неистребима) покупали типичный кич и ширпотреб: бархатные коврики, гипсовые рельефы и репродукции Шишкина с Левитаном.

            Перестройка изменила только верхи: художественный мир расслоился на "актуальное" искусство и ретроградов, продолжавших культивировать реализм с академизмом (конечно, с поправкой на новые веяния, как у Зураба Церетели). Удивительно, что подо всеми этими арт-катаклизмами не было базиса – людей, готовых покупать современное искусство. Были друзья художников, ставшие их же коллекционерами, были спонсоры, нехотя дававшие деньги на выставки, были, наконец, немногие крохи, перепадавшие от фондов и музеев.

            Находясь вдали от покупателя, художники сами не слишком о его интересах заботились. Наверное, поэтому лучшее, что породило перестроечное искусство, – это инсталляция (ее классик – Илья Кабаков) и перфоманс (к примеру, человек-собака Олега Кулика), то есть вещи совсем не для дома и не для покупки.

            Только сегодня, по признанию кураторов главных московских галерей, начинают появляться конъюнктура арт-рынка и "средний покупатель".

            Его портрет типичен для любой европейской страны: это человек, способный потратить 2 тысячи долларов на живописную работу или фотографию из новой галерейной коллекции. Это человек, с квартирой после евроремонта, готовый приобрести "нечто стильное", а не арбатско-измайловскую копию Рубенса. По мнению экспертов, главное, что пока отваживаются покупать "средние россияне", – патентованные фотографии. В среднем авторский снимок, например, чрезвычайно модных сейчас Игоря Мухина или Владимира Клавихо стоит порядка одной тысячи долларов.

            При том успех Мухина – ночная Москва, а Клавихо – модельный глянец, заретушированный под старину.

            Случаются, правда, и странные предпочтения. Так, сотрудники галереи "Файн Арт" признавались обозревателю "Новых Известий", что у них буквально "смели" гомоэротические снимки Сержа Головача.

            Видимо, модная тема нетрадиционной любви тут же поднимает статус коллекционера.

            Что касается живописи, дела обстоят сложнее. Не только потому, что она дороже – в среднем картина стоит 2-3 тысячи долларов, но и потому, что отсутствует элементарная культура выбора. В России почти нет того, что на мировом рынке именуется modern art: уже признанный и почти антикварный набор имен второй половины ХХ века (Уорхолл, Лихтенштейн, Шагал).

            Они слишком дороги (от 10 тысяч долларов). Эту нишу пытаются закрыть отечественные нонконформисты: работы Шемякина и Крапивницкого и Зверева до сих пор самый ходовой товар, цены на который приближаются к 5 тысячам долларов за картину. Среди постперестроечных живописцев популярны Владимир Дубосарский и Александр Виноградов с их полотнами, подражающими сталинскому реализму, и изящный и чрезвычайно плодовитый Константин Батынков (один из "митьков").

            Только сегодня начинают появляться издания, которые хоть как-то ориентируют потенциального покупателя современного искусства.

            Лондонское издательство выпустило справочник, где попыталось представить реальные цены на российские произведения. Первый блин, конечно, вышел комом: больше половины художников не дали расценки, у других разброс цен оказался слишком велик (Шемякин – от 5 до 20 тысяч долларов), а многие попросту отсутствуют (нет, например, того же Церетели – видимо, его работы бесценны). Впрочем, один верный вывод лондонские эксперты все-таки сделали, заявив во введении, что "многие российские художники не стоят того, что они о себе заявляют". Наверное, это камень в огород Александра Шилова, поклонники которого утверждают, что его картины продаются за сотни тысяч долларов. На самом деле единственная его картина на западном аукционе была продана за 10 тысяч долларов.

Московские Новости

2005-05-27

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/terr/

Пораженная территория

Юрий Арпишкин

Открылась девятая ярмарка "АРТ Москва". Она показала, что художники по-прежнему ищут понимания

            Международная художественная ярмарка "АРТ Москва", открывшаяся, как водится, в ЦДХ на Крымском валу, проходит под гордым девизом "Территория искусства. Без цензуры. Людям с повышенной восприимчивостью не рекомендуется". О заключительном пассаже этой триединой формулы мы ничего сказать не можем, кроме того, что здесь скрыта полемика с кем-то незримым по неочевидному поводу. Это, видимо, дань пресловутой непонятности, "темности" и герметичности современного искусства. Занятно, что в экспозиции как таковой никаких подтверждений этой тенденции не обнаруживается. Напротив того, мы, кажется, можем наблюдать, как художники обращаются лицом к народу, демонстрируют полную готовность к диалогу и осознанно стремятся наконец-то навязать обществу свои эстетические ценности. Насколько общество готово их воспринять, вопрос, конечно же, спорный. Но ощущение глубокой безнадежности этого дела, как и ощущение призрачности самого явления современного изобразительного искусства, которое, как многие подозревали, окончательно завладело согражданами, почему-то отступает. Вероятно, это не в последнюю очередь объясняется и последовательной, отмеченной едва уловимым стахановским колоритом, деятельностью "Экспо-парк. Выставочные проекты". Компания организует акции, подобные нынешней ярмарке, вот уж много лет. То есть в очередной раз нашел подтверждение тезис о несокрушимой силе методичного созидательного труда, способного победить любую инерцию и развеять всякий скепсис.

            В этой гипотетической переориентации современного искусства можно видеть и тревожный симптом. Ведь к публике обращаются не только от уверенности в своих силах, но и в результате некоего кризиса самоидентификации. Когда художник оказывается не в силах самостоятельно найти себе место в социуме и его узурпировать, как это было принято у великих предшественников, но должен требовать или даже просить, чтобы ему на таковое указали. На этом пути художника могут ожидать многочисленные неприятности. Но и редкие удачи встречаются. В этот раз на "Арт Москве" такие образцы представила московская галерея "Ковчег". Ее выставка называется "Рисунки по делу". (см. "МН", N18). График Павел Шевелев в течение нескольких месяцев ходил на процесс Ходорковского-Лебедева и с завидной добросовестностью запечатлел всех его участников за исключением разве что дорожных рабочих, играющих там в последнее время самую заметную роль. Но различимы и попытки имитации социального пафоса. Один из ярких случаев – галерея Марата Гельмана и ее экспозиция "Питерские". Достойные работы хороших художников, втиснутые в аморфную, но отчетливо двусмысленную и спекулятивную концепцию. По сути проблемы ни художникам, ни кураторам сказать нечего (да и что тут скажешь!), но желание непременно встрять неистребимо.

            Еще одна заметная тенденция современности, которой также отдает дань ярмарка, гламуризация актуального искусства. Которая была бы вполне извинительной, если бы не какая-то поганая стыдливость, которую обнаруживают авторы соответствующих экспонатов. Посетителей вернисажа "Арт Москвы" встречало лихое действо, посвященное десятилетию русского издания журнала Playboy. Две красотки в откровенных нарядах приглашали к просмотру произведений, заказанных редакцией к юбилейной дате. Все наверняка получилось бы неплохо, но художники по привычке воспринимают вполне респектабельный американский журнал как территорию рискованную и отчасти запретную. Поэтому их работы на заданную тему отмечены каким-то незапланированным школярским комизмом. И заодно несколько сатирически оттеняют титульную идею бесцензурности.

            Кстати, в этом смысле экспонаты выдержаны в тусклой гамме. Если не считать условной публицистичности проекта Павла Шевелева, высказывания художников по ключевым вопросам современности весьма корректны и говорят о завидной политической зрелости авторов. Не случайно каталог выставки открывает приветствие столь яркого адепта сдержанного стиля, как министр культуры и массовых коммуникаций РФ Александр Соколов, пожелавший участникам "новых продуктивных контактов".

            Здесь надо сказать, что федеральный министр попал в самую точку. В многообразной панораме современного российского искусства, если какой аспект действительности и выражен до невозможности блекло, так это именно рыночный. А поскольку "Арт Москва" все же ярмарка, в ее контексте проблема приобретает катастрофические очертания. Тем более что глава предприятия Василий Бычков, предваряя открытие выставки, заявил, что "со следующего года галеристы уже не будут платить по $150 за квадратный метр площади – цена аренды увеличится в разы. Пора выходить на международный уровень".

            А пока международный уровень обеспечивается западноевропейскими и американскими галереями, под экспозиции которых отдана примерно половина внушительного объема ЦДХ. Показывают и беззастенчиво продают тиражную графику Энди Уорхола (нюрнбергская Galerery, цена 175 тыс. долларов), коллажи Роберта Раушенбаха (от 5 до 13 тыс.), фотографии Роберта Мэпплторпа (17 тыс. за штуку) и все такое. Базельская галерея Leonhard Reuthmueller привезла скромную подборку рисунков и фотографий Йоко Оно. Некоторые посетители спрашивали, та ли самая эта дама, о которой они подумали, и, получив утвердительный ответ, восхищенно замирали перед самыми что ни на есть среднестатистическими картинками. Так что сомнения напрасны – московскую публику еще можно кое-чем удивить.

            Что получается откровенно плохо, так это привить отдельным ее представителям вкус к профессиональному коллекционированию, которое остается на Западе главным двигателем прогресса в сфере прекрасного. Об этом свидетельствует стенд "Современное искусство в частных коллекциях – 5 лет развития". Во-первых, таких коллекций найдено всего две, во-вторых, формировались они, как можно заподозрить, по странному принципу: в них включалось то, что наименее похоже, наименее характерно для современного искусства: аккуратная лоснящаяся живопись, красочные коллажи и прочие украшения интерьеров. Даже такой отъявленный радикал, как покойный Тимур Новиков, смотрится в этом ряду законопослушным, лояльным обывателем. Впрочем, может быть, это временные историко-культурные причуды. И все еще изменится.

            Лучшим из показанного на "Арт Москве" 2005 года, думаю, следует признать выставку видеоарта "Комедия", сделанную Екатериной Деготь. Девять работ мировых классиков и отечественных художников включены в раздел "Специальные (читай – некоммерческие) проекты". Они посвящены теме движения и "исследуют глубокий внутренний комизм движущегося изображения". Все без исключения работы ценны сами по себе (особо следует отметить "Пораженного мужчину" немца Юлиана Розенфельда). Но включенные в изощренный кураторский сюжет, они выигрывают еще больше, потому что становятся социокультурным феноменом, в котором отражаются несформулированные, но настоящие законы жизни.

Gazeta.Ru

2005-05-27

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/gaz-komment/

«Арт-Москва» на продажу

Николай Климонтович

            На этой неделе в Центральном доме художника торжественно открылась выставка "Арт-Москва". Точнее, ее название звучит так: Девятая международная художественная ярмарка. В церемониальной речи один из кураторов, известный галерист и общественный деятель Марат Гельман вполне в духе времени заявил, что в нынешней России пространство изобразительного искусства единственно свободно от диктата цензуры и прихотей начальства. Что и должно иллюстрировать, наверное, данное мероприятие. Быть может, г-н Гельман намекал на телевидение, потому что, скажем, цензуре не подвергается нынче и музыка. Да и отечественная беллетристика, судя хоть по "Ночному дозору", как-то свободно дышит – хотя бы потому, что ее никто не читает. А какого-нибудь Мураками не подвергать же цензуре. Так что сказано это было, скорее всего, для красного словца. Или попросту г-н Гельман окучивает свой сад как умеет.

            Автор с полным вниманием и сознанием ответственности обошел два этажа выставки в поисках не подцензурного, но ничего, кроме обнаженных дамских телес, из скоромного и отечественного вольно дышащего так и не нашел. Но телеса – они и в Бельгии телеса.

            Впрочем, аполитичная галерея "Ковчег" кое-что по части политической свободы смогла представить. А именно проект молодого художника Павла Шевелева под названием "Рисунки по делу". И название остроумное, и содержание примечательно. Художник в данном случае выступил в роли судейского рисовальщика – фигуры, известной прежде всего в странах англосаксонской этики, где судебный процесс запрещено фотографировать и запрет этот соблюдается очень строго. Поэтому газетные отчеты о судебных разбирательствах в США и Англии принято сопровождать рисунками. Но мало того что художник как бы открыл для нас сам этот жанр рисованного судебного репортажа, до него, кажется, в нашей стране неведомый. Он запечатлел к тому же участников не рядового, а все еще будоражащего мировую общественность процесса по делу Михаила Ходорковского.

            Художник ни в коем случае не карикатурист. И шаржами его беспристрастные рисунки не назовешь. Большинство рисунков выполнены черной шариковой ручкой на бумаге, редкие из них скупо наделены цветом: скажем, какой же быть судье Колесниковой, как не розовой – не черно же белой, поэтому в ход пошел цветной карандаш. Красные уши и у следователя Уварова, в качестве свидетеля закрывающего от нас судейскую коллегию своей фигурой габаритов гардероба. Но черно-белы и спящие охранники подсудимых, и адвокаты.

            Когда рассматриваешь эти листы, то становится ощутима душная атмосфера рутинного судопроизводства, в которой приходится задыхаться обвиняемым: скорее всего, для них, переживающих трагедию, именно эта равнодушная рутина – самое тяжкое переживание. Потому что очевидно: здесь только им и их адвокатам важен исход этого трагикомического разбирательства, прочие же лишь отправляют свои повседневные палаческие обязанности и лениво отрабатывают как умеют свой хлеб.

            Странным образом непритязательный, казалось бы, жанр графического репортажа в данном случае оказался интереснее и острее, чем самые изощренные инсталляции: стадо белых коров в натуральную величину, пасущихся в фойе на зеленом ковролине, или безногий труп девушки, лежащий в гробу в подвенечном платье. Уж не эти ли бренные останки имел в виду куратор, говоря о неслыханной в прочих областях человеческой деятельности нынешней художественной свободе?

            Если эта выставка что-то иллюстрирует, то, как ни печально, упадок и скуку нынешнего современного изобразительного искусства, которое в погоне за этой самой ускользающей от него современностью предстает насквозь вторичным и утомленным собственными потугами.

            Скажем, какой-нибудь коллаж из фотографии нового папы римского с котенком на руках на фоне кремлевской башни достоин усилий школьника пятого класса, который ради игры в футбол прогуливал уроки рисования. Или голая дама, возлежащая на рояле, за которым сидит исполнитель в жилете, очень похожий на того же Ходорковского: даже пародия на китч, скажем, на жанр поздравительной открытки или программки к концерту, должна быть качественнее исполнена, чтобы ее взяли в печать. А ведь все эти создания помещены в толстый и дорогой глянцевый каталог на мелованной бумаге. Вот уж можно точно сказать, положа руку на сердце, что этим деньгам можно было найти более достойное применение.

            Впрочем, закрадывается подозрение, что для этой выставки, собственно, творения художников вторичны, а важны сами созидающие персоны.

            То есть как бы не важно, что ты делаешь, главное – блистать звездой. По сути дела, выставка эта не столько художественное, сколько светское мероприятие. Не дотягивающее по замаху и масштабу концепции до укутывания в целлофан здания Рейхстага или освещения прожекторами Воробьевых гор, но являющееся жестом, при совершении которого совершенно второстепенно, в какую фигуру сложены пальцы. Причем исподволь организаторы этой тусовки с участием артистической публики надеются на коммерческий результат, для чего необходимо приманить потенциальных покупателей. Хорошо бы они попались доверчивыми.

Независимая Газета

2005-05-27

http://www.ng.ru/saturday/2005-05-27/13_artmoscow.html

Неподцензурное

Вероника Чернышева

            Выставка-ярмарка заняла три этажа Дома художника на Крымском Валу, привлекла более полусотни русских и зарубежных галерей и проходила без цензуры. Этот принцип организаторы подчеркивали – на стенах висели таблички: "Территория искусства. Без цензуры". Впечатлительным предлагалось быть осторожнее. Что-то победительно грохотало – встречали гостей и участников звуками тамтамов. Тут же с большим художественным размахом праздновали юбилей русского Playboy. Длинноногие девы-зайцы беззаботно гуляли по второму этажу, представляя иронические варианты обложек для мужского журнала в исполнении титулованных арт-звезд: Владимира Дубосарского, Александра Виноградова и Владислава Мамышева-Монро.

            На лужайке у входа мирно паслись белые пластиковые коровы, входящим предлагали листок клетчатой бумаги с трафаретом священного животного для создания собственного эскиза. Постепенно белые скульптуры в натуральную коровью величину становились арт-объектами. Над их экстерьером трудились Андрей Макаревич, Андрей Бартенев, Константин Звездочетов, Анастасия Немоляева и другие.

            Приветствовали гостей сначала кураторы некоммерческих проектов и члены экспертного совета "АртМосквы" Айдан Салахова, Марат Гельман и глава "Экспо-парка" Василий Бычков. Бычков посетовал, что коммерческой успешностью пока "АртМосква" похвастаться не может, зато бесспорно – ярмарка стала заметным событием актуального искусства. Отбор экспертного совета в этом году из 111 заявленных участников прошли 53. Половина приехали из-за границы.

            Марат Гельман отметил, что это первая "АртМосква", на которую Министерство культуры "не прислало даже секретаршу". "Должно быть, испугались оранжевого цвета на вывеске. А он здесь из чисто эстетических соображений и ничего не означает. Современное искусство – это единственная конвертируемая отрасль в России, если, конечно, не считать нефти. И, пожалуй, только у художников сейчас осталась технология свободы", – сказал он. Галерист не преминул также обратить внимание на еще один факт – единственным политиком, пришедшим на открытие, был лидер нацболов Эдуард Лимонов. В общем, организаторы были настроены слегка воинственно. Марат Гельман демонстративно фотографировался на фоне работы Юрия Шабельникова "Без названия", представляющей собой чучело двуглавого орла с символами державной власти, выполненными из листа алюминия. Екатерина Деготь говорила о необходимости защитить территорию искусства.

            А гость Эдуард Лимонов, напротив, выбрал роль спокойного созерцателя. Сказал, что пока нападок на современное актуальное искусство он не наблюдает, "но если будет нужно – защитим". Сам себя Лимонов к коллекционерам не причисляет. "Картин и объектов не покупаю, все время теряю их при переездах, стараюсь коллекционировать что-нибудь нематериальное, например красоту", – добавил Лимонов, кивая на свою грациозную спутницу. Лимонов с любопытством заглядывал в картонный ящик с переворачивающимся в нем Ильичом. И не без интереса изучал "Рисунки по делу" Павла Шевелева, воспроизводящие процесс над Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым. Проект представила галерея "Ковчег". Как рассказал "НГ" один из авторов проекта, эту серию рисунков галерея готовила специально для "АртМосквы", поскольку современное искусство не может пройти мимо одного из самых острых сюжетов современности. Не могли пройти мимо и посетители. На экспозиции "Рисунков по делу" побывало рекордное количество народа, в том числе и герои некоторых рисунков – здесь можно было видеть жену Михаила Ходорковского Инну Ходорковскую, дочку Платона Лебедева, адвокатов Владимира Краснова и Роберта Амстердама, а также Сергея Юрского, Владислава Флярковского и других.

            Критик Артемий Троицкий нашел современное искусство не политическим, а скорее сексуально-декоративным: "Не думаю, что у художников были какие-то проблемы цензурного плана". Об отстаивании территории свободы Троицкий не размышлял, особо отметил фантазии Давида Тер-Оганьяна о деконструкции насилия – проект "Подозрительные лица" и новосибирский видеоарт "Под куполом" – и был несказанно обрадован, встретив на ярмарке свою знакомую галеристку из Латвии. Сказав, что видеть на выставке-ярмарке современного искусства политических врагов – дорогого стоит: "Вот видите, даже страшная фашистская Латвия, которая, казалось бы, угрожает нашей безопасности и территориальной целостности, здесь неплохо себя чувствует. И это приятно".

КоммерсантЪ

2005-05-27

http://www.kommersant.ru/

Мещанский процесс вошел в искусство

Ирина Кулик

            В Центральном доме художника открылась международная художественная ярмарка "Арт-Москва". Девятая ярмарка достигла рекордного размаха: в ней приняли участие 53 галереи, причем более трети из них – иностранные. ИРИНУ КУЛИК порадовало не столько разнообразие выставленного на продажу искусства, сколько отсутствие разнобоя: все участники продемонстрировали в равной мере высокий и соответствующий международным стандартам уровень.

            Предполагается, что нынешняя "Арт-Москва" проходит под девизом "Территория искусства. Без цензуры. Людям с повышенной восприимчивостью не рекомендуется". И когда перед открытием ярмарки в залах ЦДХ был замечен гражданин в камуфляже и со спаниелем на поводке, в пору было предположить, что собачка призвана искать бомбы, которые могли бы подложить на экспозицию какие-нибудь борцы с современным искусством, тем более что спаниель был замечен на стенде галереи Марата Гельмана, против которого недавно пытались возбудить уголовное дело в связи с "разжиганием религиозной розни и политического экстремизма".

            Обнаружить что-либо взрывоопасное не удалось ни спаниелю, ни особо нервной публике – ничего "нецензурного" на ярмарке не наблюдалось. Самым злободневным по теме, но при этом подчеркнуто традиционалистским по форме оказался стенд галереи "Ковчег", представившей "Рисунки по делу" Павла Шевелева – ранее не практиковавшийся в России, но известный по американскому кино жанр рисованного репортажа с судебного процесса по делу Михаила Ходорковского. А самым устрашающим (как по виду, так и по цене) предметом на стенде самого Гельмана оказались дигитальные иконы-фотороботы из проекта Константина Худякова "Деисис" по v30 тыс. каждый. А самым забавным – нищенствующий компьютер художника Алексея Шульгина, просящий "подать на апгрейд", который можно приобрести за v3,5 тыс.- остается только подсчитать, как скоро неутомимый попрошайка окупит себя.

            Наличие всевозможных мультимедийных произведений-гаджетов вообще одно из отличий нынешней "Арт-Москвы", до этого придерживавшейся более консервативных форматов. Маститая парижская галерея Альбера Бенаму, например, представила нечто вроде авторского мини-пинбола: брошенный зрителем шарик запускает в ход целый механический театрик с дымом, светом и крошечным видеоэкраном. В Москву Альбер Бенаму предпочел привезти не проверенную классику, а свое последнее открытие – художника по имени Фабиан, чьи произведения с успехом были показаны на парижской ярмарке ФИАК. Микро феерия для одного зрителя под названием "Замок" стоит v25 тыс.

            Что до ожидаемого от западных галерей поп-арта, с неизменным успехом раскупавшегося на двух последних ярмарках в ЦДХ, то он по-прежнему присутствует, хотя и в меньших количествах. Тиражные "Серпы и молоты" Энди Уорхола ($175 тыс.) предлагает нюрнбергская Galeria 2000. Так же отчасти отсылающие к советскому колориту коллажи Роберта Раушенберга 1980-х с самаркандскими шелками (от $5 тыс. до $13 тыс.) – в стокгольмской Wetterling Gallery. А произведения небезызвестной художницы Йоко Оно 1980-1990-х годов можно увидеть на стенде базельской галереи Leonard Ruetmuller. Впрочем, многие западные галереи предпочли выставили на "Арт-Москве" не только молодых и пока что не раскрученных европейских художников (что скорее лестно), но и произведения российских арт-звезд. Тот же Ruetmuller предлагает Валерия Кошлякова и Владислава Монро. Того же Кошлякова, а также Арсена Савадова и последние произведения классиков соц-арта Виталия Комара и Александра Меламида – специализирующаяся на русском искусстве парижская галерея Orel Art. А московская галерея Stella Art на этот раз выставила не только работы Энди Уорхола, Роберта Мэпплторпа (его фотографии можно приобрести за $19 тыс.) и давно уже ставшего западным художником Ильи Кабакова, но и произведения своих молодых российских протеже – например, часы-распятие Дианы Мачулиной ($5 тыс.). Свежайшую классику – раритетный российский андерграунд 1980-х – вновь предлагает галерея "Е.К. АртБюро". А единственной российской галереей, выставившей исключительно западное искусство, оказалась московско-нью-йоркская галерея Гари Татенцяна, пугающая гиперреалистической скульптурой Тони Мателли "Идеальная женщина" и завлекающая эстетов современными дагеротипами прославленного фотографа Чака Клоуза ($40 тыс. за диптих).

Некоммерческие программы "Арт-Москвы"

            Выставку "Питерские" – панораму новейшего петербургского искусства – представляет Марат Гельман. Его галерея совместно с загребской галереей Zona показывает инсталляцию известного хорватского художника Брацо Димитриевича "Острый край истории".

            Екатерина Деготь подготовила кураторский проект "Комедия положений": изначальный комизм "движущейся картинки" предлагается обнаружить в произведениях видеоартистов. Инсталляция "В поле зрения" самарских художников Нели и Романа Коржевых – метафорическая реконструкция зрения слабовидящих людей. А первый этаж ЦДХ на время ярмарки превратится в своего рода "хлев", где готовятся к своему выходу участницы "Парада коров". В августе фигуры коров, разрисованные известными художниками, появятся на улицах, а в ноябре будут выставлены на благотворительный аукцион Sotheby's. Посетители "Арт-Москвы" смогут пронаблюдать, как коровы будут превращаться в произведения искусства: художники будут расписывать их прямо в ЦДХ.

КоммерсантЪ-Weekend

2005-05-26

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/k-weekend/

Сдвинутые на искусстве

Ирина Кулик

            Наблюдающийся последнее время бум на рынке русского антиквариата сказался и на современном искусстве. Международная художественная ярмарка "Арт-Москва", уже в девятый раз открывающаяся в ЦДХ, обещает беспрецедентный размах. Впервые после дефолта 1998 года половина участвующих в ней галерей – иностранные. Среди новоприбывших – Galerie Albert Benamou (Париж), i-20 gallery (Нью-Йорк), ibid projects (Лондон), галерея Karin Sachs (Мюнхен), Schuebbe Projektroom Gallery (Дюссельдорф), B-D Studio (Милан), а также нью-йоркская Gary Tatinsian Gallery, недавно открывшая свой филиал в Москве. И это не считая иностранцев – завсегдатаев ярмарки – вроде венца Ханса Кнолля или немца Фолькера Диля.

            Список "наших" возглавляют авторитетнейшие "Риджина", галерея Марата Гельмана, Айдан-галерея, ХL-галерея, "Крокин", Stella Art. Всего в ярмарке участвует полсотни галерей, а экспозиция займет не только второй, но и третий этаж ЦДХ. Одним словом, можно спрогнозировать ожесточенную конкуренцию между русскими звездами и их западными коллегами за сердца и кошельки покупателей.

            Не превратиться в супермаркет ярмарке помогут некоммерческие проекты. Видеоарту посвящен кураторский проект Екатерины Деготь "Комедия положений", предлагающий увидеть искусство движущихся картинок в исторической перспективе первых опытов кинематографа, когда ожившее изображение само по себе производило комический эффект. Посмеяться можно будет как над классикой авангардного кино вроде "Механического балета", так и над хитами современных видеоартистов, например над прославленным "Ходом вещей" швейцарцев Питера Фишли и Дэвида Вайса. Марат Гельман представляет "Питерских" – самых заметных арт-персонажей Петербурга, в том числе Сергея Бугаева-Африку, Владислава Мамышева-Монро, Ольгу и Александра Флоренских.

            Хорватско-французский художник Брацо Димитриевич, прославившийся инсталляциями с живыми зверями, сочинил целую "Русскую рапсодию с оттенком супрематизма". Правда, какие животные будут в ней участвовать, пока неизвестно. Российскую периферию представляет "Визеология" Александра Панова и самарских художников Романа и Нели Коржовых. Самарцы привлекли в соавторы слабовидящих детей и врачей-офтальмологов. Сложная оптическая инсталляция позволяет увидеть мир таким, каким его воспринимают люди с дефектами зрения, – и оценить авангардистский "сдвиг" этого видения. На выставке "Искусство для "Плейбоя""свои иронические варианты обложек для мужского журнала предлагают русские арт-звезды – Владимир Дубосарский и Александр Виноградов, Владислав Мамышев-Монро, Павел Пепперштейн, Айдан Салахова и многие другие, причем в отборе поучаствовал главный редактор русского Playboy Максим Маслаков.

            Нешуточной "разборкой" между коммерческим и некоммерческим подходами к искусству должны стать "Дебаты у забора" – альтернативный вариант программы "К барьеру!" – в которых сойдутся непримиримые оппоненты: воплощение салона Никас Сафронов и ярый марксист, художник Дмитрий Гутов.

Культура

2005-05-26

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/itogi/

Чужие здесь не ходят?

Елена Широян

"Территория искусства. Без цензуры"

            После 1-й Московской биеннале уже не приходится сомневаться, что современное искусство из глухой обороны окончательно перешло на наступательные позиции. В этом убеждает девиз, предпосланный открытой на днях 9-й Международной художественной ярмарке: "Арт-Москва – Территория искусства. Без цензуры". Она в последний раз проходит в формате фестиваля современного искусства, подчеркнули организаторы, а в дальнейшем превратится в чистой воды ярмарку, где цены за квадратные метры будут "кусаться" не меньше, чем в "Арт-Базеле" или на мадридской ARCA. В этот раз "Арт-Москва" оправдает звание международной по числу зарубежных участников – их почти половина, но коль скоро "крутых" заявок оказалось не так много, как хотелось бы устроителям, свободное пространство щедро отдали под некоммерческие спецпроекты.

            Правда, всем, кто собрался в очередной раз приобщиться к искусству актуальному (а здесь показывают только такое, ориентируясь на модные бренды и тренды), следует обратить внимание на предупреждение: "Людям с повышенной восприимчивостью не рекомендуется". Конечно, это не значит, что непременно разразится скандал и на художников (а еще вернее – кураторов) опять подадут в суд. Но инициатор проекта "Питерские", собравший под свое крыло раскрученных актуалов (Сергей Бугаев-Африка, Алексей Кострома, Цапля и Глюкля, Влад Мамышев-Монро, Ольга и Александр Флоренские плюс еще целый ряд имен), Марат Гельман к такому повороту событий готов. Поэтому сразу, в предварявшей ярмарку беседе с журналистами, он отринул со своих ног прах старого мира, заявив: "Установка экспертного совета – никакой цензуры, мы против того, чтобы смотреть глазами прокуроров и мракобесов. Территория искусства – свободная, а ярмарка "Арт-Москва" – первое из событий, показывающих, что Москва и Россия принадлежат цивилизованному обществу". Посетителям следует быть начеку, не пугаться и ничему не удивляться, понимая, что теперь у нас реклама – двигатель прогресса, о чем обитатели ЦДХ отлично помнят, как и о том, что с помощью просто качественных произведений нынче из толпы не выделишься. На инновационное мышление отважился даже Клуб коллекционеров современного искусства, решивший отчитаться за 5 лет развития.

            Вероятно, не всем зрителям будет легко заранее отказаться от предвзятости, но только так нужно разглядывать опус последнего лауреата премии "Черный квадрат" Давида Тер-Оганьяна "Подозрительные лица"; изучать видеоарт на выставке "Комедия положений" (куратор Екатерина Деготь заставила поработать над природой движущегося изображения в его связи с комедией "наиболее рефлексивно ориентированных художников" кучу таких западных звезд, как Питер Фишли, Дэвид Вайс, Эрвин Вурм, Питер Лэнд, и наших – Виктора Алимпиева, Ольгу Чернышеву и др.). Эта же неутомимая арт-критикесса, отчаянно борясь за статус куратора N1 в актуальном секторе, придумала экспозицию "Искусство для "Плейбоя": тут фонтанируют идеями Игорь Макаревич, элегантная Айдан Салахова, Никита Алексеев, Гор Чахал, юный герой биенннале Ростан Тавасиев, маститые Георгий Литичевский, Дмитрий Цветков, Сергей Братков, тандем Владимир Дубосарский/Александр Виноградов и другие. За связь с регионами на этот раз отвечает Александр Панов, опекающий спецпроект Самарского центра современного искусства "В поле зрения". За братьев-славян – Брацо Димитриевич, приглашенный неугомонным Гельманом. А за всю планету – "Парад Коров – Москва-2005".

Ведомости

2005-05-26

http://www.vedomosti.ru/

Искусство здорового образа

Ольга Кабанова

"Арт Москва" в движении

            До понедельника в Центральном доме художника будет открыта 9-я Международная художественная ярмарка "Арт Москва". Современное искусство представлено на ней в лучшем виде – прекрасные работы, высокие цены и бодрящие впечатления. Можно сказать, что московский арт-коктейль сделали по вкусу Джеймса Бонда – все смешали, но не взбалтывали, так что напиток оказался чистым и крепким.

            "Комедия. Смешная сторона движущегося образа" – название блистательного некоммерческого проекта Екатерины Деготь. Не все девять показанных там видеоработ смешны, хотя есть и уморительно комичные, но все отборные – от просто хороших до выдающихся. "Пораженный мужчина" немца Юлиана Розенфельда как раз печальное видео – и загадочно завораживающее. Смотришь, как на двух экранах одновременно два одинаковых господина совершают простые бытовые движения – один спокойно и в прибранной квартире, другой – нервически и в захламленной. Ждешь, чем кончится, кончается непонятно чем. Смотришь снова. "Комедия" – образцовое кураторское произведение. Все работы замечательны сами по себе и вместе иллюстрируют исследование о природе движущегося изображения, результаты которого не отрываясь читаешь в каталожной статье. Но можно и просто смотреть.

            Нынешняя "Арт Москва", организованная компанией "Экспо Парк. Выставочные проекты", как раз тем и хороша, что ничего специально там объяснять не надо, все и так понятно, а если нет, то это не важно. Чтобы там ни говорили о насущной актуальности принципиально незаметного, нонспектакулярного искусства в современном мире, захламленном визуальными образами и яркими картинками, зритель хочет радостей восприятия. И если на прошлогодней "Арт Москве" к его желаниям галереи-участницы отнеслись подобострастно, перегламурили и завалили ярмарку бессмысленно забавными картинищами, то на этой сделали ставку на художественное качество и, думаю, не прогадали.

            Насколько не прогадали-наторговали, выяснится после закрытия. Но цены ярмарка держит. Московская Stella Art Gallery на этот раз оценила одну картину Ильи Кабакова в $300 000, а кабинетного формата фотографии Роберта Мэпплторпа – в $17 000. Маленькие листочки банальной графики Йоко Оно (мы чтим ее не за них) базельская галерея Leonhard Ruethmueller ценит приблизительно в $7000, а ее же фотографии в стиле ретро (чуть больше фантазии) – дороже. Цены на наших художников тоже движутся. Если пару лет назад примитивистские картины Ирины Затуловской в галерее "Роза Азора" можно было купить тысячи за три, то теперь в прайс-листе написано: "Морковь" – 7000 евро". "Кусачий" овощ написан на покореженном жестяном листе. Зарубежные галереи, а их участие на этой ярмарке существенно "держит качество", привезли много Энди Уорхола, и цена на классика поп-арта и гения очень разная, но, понятно, всегда высокая.

            Для тех, кого такие цены не интересуют, эта "Арт Москва" – просто хорошая большая выставка. На галерейных стендах показывают в основном работы уже засвеченные, но отборные. Пройдя от "Айдан" до Якут-галереи, не минуя XL,"Риджину", Крокин-галерею и всех без исключения заезжих гостей, можно увидеть и лучшие работы наших художников и, что важнее, качественно провести время, как теперь нескладно выражаются. Один заядлый рыбак утверждал, что время рыбалки в счет жизни не идет – за него не стареешь, то же запросто можно сказать и о времени, прожитом на мажорной, яркой и приятно буржуазной "Арт Москве".

            Наше современное искусство стартовало с вынужденным опозданием и долго на предельной скорости наверстывало упущенное. Наконец оно выехало на комфортную международную трассу, но не сбавляет темпа. И умеет заражать энергией движения открытого для восприятия зрителя. Впервые дав "Арт Москве" то ли имя, то ли девиз "Территория искусства", организаторы выразили готовность отстаивать суверенность своих границ и не пугаться, что мы живем в стране, где прокурор на суде требует нескольких лет тюремного заключения для людей, организовавших в музее маргинальную, в сущности, выставку, оскорбившую чувства особо впечатлительных граждан.

            На этот раз ничего вызывающего показывать не стали, очевидно, решили особо не дразнить чувствительных верующих и думских знатоков современной оперы. Правда, выставили проект Давида Тер-Оганьяна "Подозрительные лица" – псевдофотороботы первых лиц нашего государства. Возмущаться этой невинной дразнилкой могут только симулирующие клиническое мракобесие.

            Выставка "Питерские", составленная из работ петербургских художников, – просто выставка петербургских художников. Только хитрый Марат Гельман придумал ей зазывное название. Он же выставил, к изумлению осведомленной публики, две работы из проекта Константина Худякова "Предстояние". На "Арт Москву" такое искусство брать не принято, по мрачности и пафосу не подходит. Но дорогостоящие компьютерные портреты евангельских героев мощной танковой атакой проталкивали через строгий экспертный совет. В конце концов Гельман сдался и впервые, как признался "Ведомостям", полюбил произведения художника Худякова, которые трактует как образец искусства брежневских времен с Малой Грузинской, в последнее время забытого.

            Отдельная радость ярмарки – проект журнала Playboy, заказавшего к своему юбилею работы соответствующей тематики двум десяткам московских художников. И надо с отрадой заметить, что все художники попали точно в стиль издания, которое уверяет, что в нем "культура эротична, а эротика чиста и невинна". Художники доказали свое сексуальное здоровье и сделали "про это" красиво и смешно.

Ведомости

2005-05-26

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/tempted/

Искушенные рынком

            Современное искусство в этом году, после первой Московской биеннале, перестало считаться у нас маргинальным занятием пассионарной группы художников и критиков. Оно стало хорошо продаваться и, как следствие, отчаянно коммерциализироваться.

            На следующей неделе в Центральном доме художника пройдет девятая "Арт-Москва" – не только ярмарка современного искусства, но и главная выставка года.

            "Арт-Москва" всегда была не столько местом продажи нашего contemporary art, сколько его смотринами. Первые ярмарки сопровождались публичными рассуждениями о том, что современное искусство надо продвигать, потому что оно в художественной форме вскрывает актуальные проблемы сегодняшнего общества. Что оно, как врач, может сделать больно и неприятно, и потому пациенты-зрители его недолюбливают. Что это искусство интеллектуально, и его надо уметь понимать.

            Что провокация – один из методов этой терапии, и эпатировать публику художник просто обязан. А о рынке такого искусства говорить не обязательно, есть у современного искусства более важные задачи, чем продаваться. Теперь оказалось, что других задач нет.

            На прошлогодней "Арт-Москве" трехметровая картина "Битлз в Москве" Дубосарского и Виноградова продавалась галереей XL за $60 000, рядом Stella Art Gallery оценила выставленные работы Ильи Кабакова в $350 000. Мелкая тиражная графика американского классика Энди Уорхола шла по $30 000, как рядовой товар из семейства роскоши. За пару тысяч долларов – нормальной цене памятного прошлого – на ярмарке уже ничего нельзя было купить.

            Художники, так долго не ценимые публикой, наконец познали зрительскую любовь в денежном выражении и перестали творить искусство неприятное и умное.

            Тем более это стало опасным занятием – суды, инициированные исками групп граждан, чьи национальные и религиозные чувства были оскорблены искусством, выносили нешуточные приговоры устроителям выставок и художникам. В результате отечественное современное искусство перепрофилировалось – никакой политики и критики, доставляем людям удовольствие. За удовольствие платят.

            В произошедшем нет ничего плохого и много хорошего. Рынок расширяется, растут ряды коллекционеров, публика идет на выставки, художники радуются успеху. Есть только одно мелкое неудобство – всегда казалось, что произведения contemporary art, как и всякого искусства, могут стоить много или мало, но независимо от этого они разделяются на коммерческие и некоммерческие. В российском случае словосочетание "современное искусство" было синонимом искусства некоммерческого. Теперь эта синонимия разрушилась. И на выставках кажется, что некоммерческого современного искусства просто не осталось. Но известно, не деньги губят, а неразумное стремление к ним.

            За нормальность процесса развития искусства (а значит, и арт-рынка) отвечают соответствующие инстанции – музеи должны покупать и выставлять социально и художественно значимое некоммерческое искусство, кураторы отделять плодоносные арт-семена от мертвых, но дорогостоящих плевел, галеристы выстраивать разумные стратегии, чтобы не пришлось торговать только мусором. Но наши музеи современное искусство не жалуют, а художники все чаще самостоятельно делают выставки, к кураторам относятся, как подростки к нудным родителям, а к галеристам – как к магазинным продавцам.

            "Арт-Москва" никогда не была просто коммерческой ярмаркой. Экспертный совет, часто обвиняемый в снобизме, строго отбирал участников и ради денег никогда не брал сомнительных. Некоммерческая часть могла быть больше коммерческой и часто интереснее. В этом году ярмарка выросла почти вдвое. Но некоммерческая часть осталась. В ней большой проект Марата Гельмана с вызывающим названием "Питерские" (имеются в виду художники) и международной программа видеоарта "Комедия положений" (куратор Екатерина Деготь). Организаторы "Арт-Москвы" твердо решили оставаться не только ярмаркой, но и законодателем правил на нашей арт-сцене, а почему рассказали "Ведомостям".

            Василий Бычков, глава "Экспо-парка" – организатора "Арт-Москвы": В этот раз на ярмарку подали заявки 110 галерей, мы приняли половину, и половина из принятых – иностранные. Предмет моей особой гордости – что мы отклонили заявки 12 иностранных галерей, они оказались недостойны нашей "Арт-Москвы"! За границей знают, сколько наших миллионеров в списке "Форбса" и что на Sotheby's две антикварные вазы за 2 млн фунтов покупают русские люди, – и стремятся выйти на наш рынок. Конечно, большую роль сыграла Московская биеннале – Россия впервые открылась внешнему миру своим современным искусством. Наши художники, пока она проходила, были счастливы – Кулик сиял и говорил, что получает в день по 25 мейлов с предложениями, цены росли. Еще ужесточился рекламный рынок. Коллекционировать современное искусство стало модным, это новый приятный способ продвигать свою компанию и себя любимого.

            В названии этой "Арт-Москвы" предупреждение: "Территория искусства. Без цензуры".

            Мы с Маратом Гельманом сейчас находимся под судом за "Россию-2". Оказывается, этой выставкой мы оскорбили чьи-то чувства.

            Вот и предупреждаем особо чувствительных граждан, что на территории искусства можно увидеть что-то шокирующее, пусть воздержатся от посещения.

            Екатерина Деготь, критик, член экспертного совета: "В последнее время ярмарка "Арт-Москва" приобрела очень большое значение для художников, что, конечно, повысило потребительские стандарты их продукции – она стала больше похожа на товар, как и должно быть на ярмарке. Ситуация входит в профессиональные рамки, и это хорошо. С другой стороны, я слышу разговоры среди художников о том, что ОНИ (а не галеристы) собираются показать на ярмарке, какие НОВЫЕ работы они к ярмарке делают, – то есть ярмарка рассматривается ими как ежегодная отчетная выставка, где у каждого по одной работе, практически как в советские времена. Московская биеннале, построенная – как и принято сейчас во всем мире – как раз по принципу такой отчетной выставки без ярко выраженной темы, только укрепила художников в этой идее. Теперь они будут интенсивно делать новые проекты раз в год в середине мая (к "Арт-Москве") и раз в два года в середине декабря (к Московской биеннале). Рынок диктует первенство произведения искусства над самим искусством, на рынке это нормально, но рынком художественная ситуация не ограничивается...

Yтро.ru

2005-05-25

http://www.utro.ru/articles/2005/05/25/441515.shtml

Искусство не для аллергиков

Леон Жабин

            В последний год современное искусство в России приобрело новый статус. Русские художники масштабно принимали участие в крупных международных проектах, а количество форумов актуальных тенденций постоянно увеличивалось. После успеха Первой Московской Биеннале можно с полной ответственностью заявить, что современное искусство стало популярным и даже модным.

            Программа "Арт-Москвы 2005" включает в себя: одноименную ярмарку современного искусства, ряд некоммерческих выставок, серию лекций, семинаров и мастер-классов. Начиная с 1996 г., каждую весну "Арт-Москва" приглашает к себе участников и посетителей со всего мира. Нынешний форум обещает стать и самым интернациональным: половина галерей приехала к нам из дальнего зарубежья. Среди новых участников – B&D studio (Милан), Galerie Albert Benamou (Париж), i-20 gallery (Нью-Йорк), ibid projects (Лондон), галерея Karin Sachs (Мюнхен), Schuebbe – Projektroom Gallery (Дюссельдорф) и другие.

            На ярмарке будут представлены все сферы современного искусства: от видео и фотографии до живописи, скульптуры и инсталляций. К тому же, "Арт-Москва" год от года бьет рекорды посещаемости – ярмарку 2004 г. посетило больше 35 тыс. человек, включая большое количество любителей искусства, представителей российских и иностранных музеев, кураторов, арт-критиков и коллекционеров.

            Так что на данный момент по количеству участников, посетителей, а главное – по количеству продаж "Арт-Москва" семимильными шагами приближается к четверке лидеров европейского ярмарочного движения. Московский форум стоит уже совсем рядом со знаменитыми Art Basel, Art Cologne и мадридским Arco: эти "монстры" собирают до 270 галерей.

            Для тех, кто успел прорваться в этом году в участники, организаторы озвучили неприятную новость: этот год последний, когда квадратный метр экспозиционной площади стоил 105 евро. "Мы держали эту цену последние 7 лет. Больше не можем, – признал главный организатор ярмарки Василий Бычков в интервью "МК". – Сейчас даже молодые подобные проекты в Европе начинают с 200 евро за метр".

            Впрочем, даже резкий скачок цен наверняка не уменьшит число желающих участвовать в следующих ярмарках. Уже в этом году экспертный совет "на своей шкуре" прочувствовал отсутствие "погоревшего" "Арт-Манежа": организаторам пришлось отказать большому количеству галерей, которые традиционно представляли в Манеже салонное искусство, но никак не вписываются в концепцию радикальной "Арт-Москвы".

            Ажиотаж вокруг оставшегося в единственном числе артфорума подогревает и его содержание. На этот раз организаторы решили защитить "территорию искусства", а заодно и подстраховаться на случай всякого рода "ортодоксальных" выступлений, судебных исков и провокаций. На входе в ЦДХ и около каждого экспоната будет висеть предупреждение: "Людям с повышенной восприимчивостью смотреть не рекомендуется".

Независимая газета

2005-05-25

http://www.ng.ru/culture/2005-05-25/7_artmoscow.html

Оборотная сторона эпохи

Григорий Заславский

            Вчера в Центральном доме художника на Крымском валу открылась 9-я Международная художественная ярмарка "Арт-Москва". Оснований для радости – немало: в этом году, по словам организаторов, было рассмотрено 110 заявок, из которых к участию в ярмарке пригласили только половину. Основания для беспокойства тоже есть: нынешняя "Арт-Москва" открывается вскоре после оглашения приговора по делу организаторов выставки группы актуальных художников в Сахаровском музее-центре, признанных виновными в разжигании религиозной розни. Да и на Василия Бычкова, директора ЦДХ и бессменного организатора ярмарки, некоторое время назад тоже был подан иск по поводу выставки "Россия-2". "В связи с этим, – сказал обозревателю "НГ" Василий Бычков, – мы предупреждаем наших зрителей и ввели в этом году что-то вроде лозунга или девиза ярмарки: "Арт-Москва" – территория искусства без цензуры, для особо впечатлительных людей просмотр не рекомендуется. Это не значит, что у нас будет что-то, что выходит за рамки Конституции, но могут быть какие-то смыслы, высказывания, визуальные образы, которые могут трактоваться легко возбудимыми людьми каким-либо специальным образом. Поскольку сейчас участились случаи, скажем так, недопонимания или даже наступательных действий со стороны групп граждан, которые, может быть, не совсем понимают, что представляется на разных выставках, мы предупреждаем: если вы склонны к этому – лучше не приходите".

            На вопрос о наличии или же введении – после всех судебных исков – цензуры Бычков говорит: "У нас есть экспертный совет ярмарки, созданный много лет назад. В совет входят известные критики, кураторы, они просматривают все проекты, которые представлены на ярмарку, на предмет участия. Но это – художественная цензура. "Арт-Москва", конечно, находится в зоне действия российской Конституции, но сверх этого другой цензуры у нас нет".

            Как всегда, на ярмарке, среди представляющих свои экспозиции галерей, несколько крупных так называемых некоммерческих проектов, в том числе – видеопроект Кати Дёготь, в котором участвуют 12 художников, как российские, так и иностранные, – "Комедия положений", история смешного в видеоарте. Галерея Марата Гельмана представляет выставку под названием "Питерские", к политике отношения не имеющую, это исследование питерской арт-сцены, без особо заявленной фиги в кармане от их столицы – нашей, Первопрестольной.

            Но без политики не обошлось: галерея "Ковчег", прежде больше интересовавшаяся искусством 20-30-х годов, представляет выставку под названием "Рисунки по делу". Около 300 работ Павла Шевелева, единственного из 50 000 членов многочисленных союзов художников, который однажды зашел с улицы в один из залов Мещанского суда и в течение нескольких месяцев ходил потом сюда, как на работу. Сначала – с блокнотиком, потом – с листами А4, потом – с акварельными красками и листами формата А3. Причем Шевелев рассказывает больше не о трудностях, а об отсутствии таковых: пожалуй, единственное условие судебных приставов заключалось в просьбе не рисовать охранников похоже. "А я похоже и не рисую", – отвечал Шевелев. Его графическая серия похожа на рисунки к какому-то роману из прежней, черно-белой жизни. Художнику удалось передать даже не бесконечность судебного процесса, а его стоячую воду, грубое – как в дурном театре – распределение ролей, унылость предопределенности. "Но продуман распорядок действий, и неотвратим конец пути..." Шевелев, правда, по собственному его признанию, думал о несколько других архетипах и протогероях.

            Еще недавно ярмарки в залах ЦДХ, улыбаясь друг другу, украшали портреты Путина, теперь художники заметили и оборотную сторону эпохи, которая в отличие от парадной рисуется не по квадратикам, хотя и, хочется попросить прощения за невольный каламбур, выглядывает из-за решетки.

            На наше замечание о том, что актуальные художники сегодня ближе к жизни, острее реагируют на сиюминутные перемены, куда острее, чем театр или кино, Василий Бычков сказал: "Наверное, изобразительное искусство контактнее. Оно в отличие от многих других требует меньших денег. Но оно имеет и значительно меньшую аудиторию. Поэтому, с одной стороны, изобразительному искусству легко реагировать, а с другой – эффективность этой реакции, к сожалению, мала. Здесь меньше ньюсмейкеров, значит, и телевидения тоже меньше. Может, поэтому территория современного изобразительного искусства в какой-то мере более свободна – пускай, мол, себе малюют.

КоммерсантЪ

2005-05-25

http://www.kommersant.ru/

Откроется «Арт-Москва»

Майя Стравинская

           53 галереи, причем примерно половина из них зарубежные, выставят на продажу свои коллекции. Как обычно, "Арт-Москва" сопровождается специальными некоммерческими проектами. В их числе – "Современное искусство в частных коллекциях – 5 лет развития", выставка видеоарта "Комедия положений", современные звезды Санкт-Петербурга в проекте "Питерские". К десятилетию русского Playboy художники представят свои варианты обложек для журнала. Давид Тер-Оганьян, лауреат премии "Черный квадрат", покажет выставку "Подозрительные лица".

Новые Известия

2005-05-25

http://www.newizv.ru/culture/2005-05-25/24854-torzhestvo-glamura.html

Торжество гламура

Сергей Соловьёв

            Вчера в московском Центральном доме художника открылся ежегодный форум современного искусства "Арт-Москва". На нем представлены работы практически всех актуальных художников страны. Вопреки ожиданиям вместо скандальных арт-проектов российские мастера провокаций выставили вполне конъюнктурные произведения, которые можно продавать на Запад.

            Хорошая новость: в ЦДХ появился Энди Уорхолл. Это значит, что Москва вписалась в большую компанию городов, где цивилизованно торгуют современным искусством. Ведь на какую мировую ярмарку не приедешь – будь это Мадрид, Париж или Чикаго, – там обязательно найдется пара-тройка галерей, на чьих стендах будут висеть если не картины, то, по меньшей мере, графические листы этого отца американского поп-арта. На ярмарку "Арт-Москва" Уорхолла привезли сразу две западные галереи (Rudolf Budja из Вены и Wetterling из Стокгольма) и одна российская (Stella Art). Не то чтобы работы Уорхолла в Москве – шедевры, но они как первые ласточки показывают, куда именно движется наше современное искусство. А движется оно прямиком к богатому покупателю. Ведь Уорхолл сегодня – такая же торговая марка искусства, как лейбл Армани на модных джинсах.

            Судя по всему, с экспериментами, политическими провокациями и всякого рода самодеятельными перфомансами у нас навсегда покончено. Наступила эпоха трех Г: глянца, гламура и гедонизма. По своему размаху и составу произведений выставка-ярмарка в ЦДХ вплотную приблизилась к проходящим здесь же Антикварным салонам: она охватила сразу четыре этажа огромного здания, и куда ни зайди – сплошь звезды, куда ни посмотри – везде проверенная и обкатанная на международных форумах живопись и фотография.

            Еще одна примечательная особенность "Арт-Москвы" не может не порадовать наших художников – на выставку потянулись те западные галереи, которые торгуют нашими художниками за рубежом. Так, парижская галерея Oreal Art разместила у себя на стенде очень успешных Комара и Меламида, все того же Дубосарского и живущего сейчас в Париже Валерия Кошлякова. После всего этого начинаешь понимать, почему устроители "Арт-Москвы" решают отказаться от льготных расценок на аренду залов ЦДХ. Современные художники вполне себе состоятельны и не такие уж бессребреники (их работы стоят тысячи долларов). Единственный островок явно "непродажного" искусства приютился на третьем этаже, где представлена действительно некоммерческая выставка питерских законодателей арт-моды. Здесь живет митьковский дух безалаберности и чисто петербургской любви к "искусству для искусства". Но и сюда уже подбираются злополучные три Г – гламур, глянец и гедонизм. Хотя бы в фотографиях Владика Монро, который на этот раз предстал в образе Валентины Матвиенко.

Время новостей

2005-05-25

http://www.vremya.ru/2005/90/10/125824.html

Столица без страны

Сергей Валерьев

            Заявленная организаторами 9-й Международной художественной ярмарки "Арт-Москва" цель – "интегрировать русское искусство в большой мир, а искусство большого мира – в российский выставочный ландшафт", как подтвердила история, реализуется успешно. С тем только уточнением, что "выставочный ландшафт" пока еще только московский.

            В этом году количество участников ярмарки значительно увеличилось – их более пятидесяти; экспозиция заняла не только второй, но и третий этаж Центрального дома художника. Впервые около половины представленных галерей приехали из-за границы. Среди новых участников – B&D studio (Милан), Galerie Albert Benamou (Париж), i-20 gallery (Нью-Йорк), ibid projects (Лондон), галерея Karin Sachs (Мюнхен), Schuebbe – Projektroom Gallery (Дюссельдорф) и другие. Набор традиционных для "Арт-Москвы" столичных участников (галереи Гельмана, XL, "Айдан", "Е.К. Артбюро", "Ковчег", "Файн Арт") дополнен в этом году стендами отлично заявивших о себе новичков – галереей Гари Татинцяна, к примеру. Но представительство других городов России минимально: в коммерческой программе находим стенды трех галерей из Санкт-Петербурга, по одной из Новосибирска, Владивостока и Махачкалы. Для России интеграция в цивилизованный артбизнес – все еще невозможная роскошь.

            Некоммерческие программы в планах "Арт-Москвы" сохранились. Реагируя на проведение в столице огромного фестиваля современного искусства формата биеннале, "Арт-Москва" резонно предпочла множеству мелких экспериментальных выставочек несколько крупных, достойных большого артсмотра проектов. Сегодня и ежедневно до 29 мая можно увидеть экспозицию работ известных петербургских художников (проект "Питерские"), видеоарт "Комедия положений" с участием европейцев и россиян, выставку Брацо Димитриевича, организованную галереей Гельмана, уже отрецензированный на страницах нашей газеты проект "В поле зрения" самарского "Центра современного искусства" и даже передвигающийся по всему миру "Парад коров".

Русский журнал

2005-05-24

http://www.russ.ru/columns/moscow/20050531.html

Ярмарка современного йогурта

Никита Алексеев

            Я уже несколько раз объяснялся в любви к рынкам, с их плохо поддающимся контролю духом стихийного демократизма, и в антипатии к зарегулированным супер- и гипермаркетам. Но речь тогда шла, прежде всего, о торговле всевозможной снедью, а торгуют люди совершенно чем угодно, любыми материальными продуктами и зачастую почти неуловимыми идеями. Разумеется, торгуют и искусством, в том числе современным, так называемым актуальным.

            Ярмарки современного искусства проводятся с тем или иным успехом по всему миру. Вот и у нас с 24 по 29 мая в ЦДХ состоялась IX Международная ярмарка современного искусства "Арт Москва". Событие важное, странное, забавное и позволяющее взглянуть на то, как у нас воспринимается современное искусство, какова его социальная реальность и как им торгуют.

            Она затевалась десять лет назад с благими намерениями: надо пропагандировать contemporary art в широких массах российского населения, и вообще, за границей почти во всех больших городах ярмарки современного искусства есть, а в Москве нет. И это не совсем прилично.

            Кроме того, "Арт Москва" была придумана как альтернатива уже имевшимся у нас "ярмаркам современного искусства" вроде "Арт-Манежа", который специалисты справедливо ругали за неразборчивость и сходство с измайловским "Вернисажем". Поэтому на "Арт Москву" абы кого не пускали, там был собран экспертный совет, состоящий из наших ведущих галерейщиков, арт-критиков и кураторов, решавший, кто достоин, а кто нет, и отделявший козлищ от агнцев.

            За такой элитаризм "Арт Москву", в свою очередь, обвиняли в снобизме и очковтирательстве.

            Вспомним, чем была середина 90-х? Только-только закончилась эпоха пунцовых пиджаков, период первоначального накопления завершился, а период первоначального уразумения культурных кодов находился в горячей фазе. Тогда Борис Немцов еще мог появиться на важном правительственном приеме в белых штанах и в блейзере с гербом клуба, в котором он не состоит.

            В области торговли искусством тоже наблюдалась болтанка. Недалеки были времена, когда ни публика, ни художники, ни даже галерейщики еще толком не понимали, чем является галерея: некоммерческим культурным центром, местом тусовки, где на халяву выпивают и закусывают, или просто лавчонкой?

            Первые издания "Арт Москвы" были мало похожи на ярмарку. Это было маленькое келейное событие, в котором участвовало десятка два галерей (малая часть из них на самом деле из-за границы), а не продавалось почти ничего. Во-первых, в России практически не было внутреннего рынка современного искусства, богатые люди если что и покупали, то антиквариат да Андрияку с Шиловым и Сафроновым, а немногочисленные собиратели, интересовавшиеся современными художниками, предпочитали покупать не через галерею, а напрямую у художников. Это наполовину дешевле, сертифицирующая же роль галереи еще не воспринималась всерьез. Заезжие покупатели с Запада (часто крайне жуликоватого свойства) тоже стремились не пользоваться услугами галерей, так что ярмарка и им не была нужна.

            К тому же нередко пытались торговать вещами, которые частное лицо вряд ли купит: инсталляциями, видео- и всевозможными странными объектами. Такие художественные произведения покупают – если покупают – музеи и очень серьезные коллекционеры, располагающие складами во многие сотни квадратных метров площади.

            Зато в первые годы на "Арт Москве" вокруг скромненького коммерческого ядра плодились обширные некоммерческие проекты, в которых самовыражались, часто очень резко, кураторы и художники.

            В результате злопыхатели издевались: "Арт Москва" – это вообще никакая не ярмарка, а так – снобы развлекаются и дурят голову людям.

            Но шли годы, ситуация и в обществе, и на художественном рынке менялась, становилась более вменяемой – хотя говорить о вменяемости нашего общества, согласимся, еще очень трудно.

            Но тем не менее. Серьезные галереи и художники поняли, каковы законы поведения на рынке. Он был поделен между галереями, а художники перестали бегать из галереи в галерею.

            Появились вполне крупные покупатели современного искусства – голубоглазый Умар Джабраилов, другие олигархи и просто миллионеры, уже успевшие вдосталь нахлебаться пены Айвазовского. Постоянным клиентом стал и вездесущий Церетели, что-то приобретавший для своего музея. Возник Московский клуб коллекционеров современного искусства, объединивший россиян и работающих в Москве иностранцев. Питательная среда начала питать.

            С конца 90-х "Арт Москва" становилась все более похожей на ярмарку – несравнимую, конечно, с мастодонтами арт-бизнеса вроде Art Basel, кельнской Art Cologne, парижской FIAC, мадридской ARCO или нью-йоркской Armory Show. Но росло количество галерей-участников, стало больше иностранных галерей, постепенно увеличивались объемы продаж, они стали оцениваться во многие сотни тысяч долларов. Что для нас было очень немало. В последние же годы речь пошла о нескольких миллионах.

            Совсем недавно, наконец, на российском рынке появились мощные галереи с западным капиталом, способные привозить сюда вещи Энди Уорхола, Алекса Каца, Роя Лихтенштейна, Роберта Мапплторпа, Ильи Кабакова и других суперзвезд, цена на работы которых выражается в пятизначных суммах. Все сильно изменилось.

            Но подчеркиваю – суммы оборотов на ярмарке могут только оцениваться. Во-первых, на любой ярмарке, не только происходящей в России, трудно понять, что на самом деле продается со стенда, а что уходит потом. Во-вторых, почти никогда нет возможности точно выяснить, насколько объявленная цена соответствует истинной.

            А некоммерческие проекты постепенно начали играть ту роль, которую им и положено играть на ярмарке, – роль необходимого концептуального обрамления рыночной картины.

            Да и вообще, в начале 2005 года состоялась Первая московская биеннале. Вызвавшая много нареканий, но тем не менее оказавшаяся серьезным международным некоммерческим событием.

           В этом году на "Арт Москве" было более ста галерей-участников. Из Москвы, Петербурга, Владивостока, Новосибирска, Махачкалы, Парижа, Мюнхена, Нью-Йорка, Риги, Лондона, Дюссельдорфа, Милана, Мадрида, Стокгольма, Вены, Будапешта, Берлина и прочих мест.

            Говорят, коммерческий успех небывалый, цены скакнули вверх. Залы ЦДХ и вправду ломились от публики – это значит, что обычные посетители, скорее всего пока не собирающиеся ничего покупать, да и не способные это сделать по причине высоких цен, готовы заплатить за не очень дешевый билет и отстоять в очереди.

            Это очень хорошо – любая ярмарка должна оцениваться по ее коммерческой успешности.

            Однако есть важное и занимательное обстоятельство. Коммерческий успех – это хорошо, но слишком стремительная коммерциализация опасна в такой щепетильной области, как современное искусство, по своей природе долженствующее быть рискованным, ищущим новые пути и отказывающимся от идеи быть немедленно проданным.

            Это не йогурт и не охлажденная телятина.

            Искусство "протухает" по другим законам, чем продукты из супермаркета или с пищевого рынка. Вернее, если какое-то произведение искусства имеет тенденцию тухнуть быстро, то не стоит его выставлять и покупать. Да и делать его не стоит.

            "Арт Москва", похоже, пошла по пути "микояновской" коммерциализации. Признаки этого наблюдались уже несколько лет, но в 2005 году картина стала очевидной. Московская ярмарка оказалась очень похожей на то, против чего боролись ее основатели, – на "Арт-Манеж". Хуже того, она похожа на подземный переход между Парком Горького и ЦДХ.

            Просто товар и цены несколько разные.

            В подземном переходе ассортимент делится на несколько категорий. Это картины с голыми и полуголыми девицами, пейзажи с церквями и без них, морские пейзажи, букеты цветов, как бы абстракции, изображения кошечек и собачек, а также натюрморты. Все яркое, цветастое и веселенькое. Почти все – плоское, чтобы можно было повесить на стену и не загромождать квартиру.

            На "Арт Москве" – также легко квалифицируемый ассортимент. В обилии голые и полуголые девушки, а также мускулистые юноши. Много цветов. Много картинок, похожих на компьютерные игры или мультяшки. Много картинок с анекдотическими сюжетами: Гитлер стоит у самолета и хлещет вино с полуголыми девушками; Владик Мамышев-Монро, наряженный папой римским с натянутым на голову полиэтиленовым пакетом, стоит на фоне Кремля и держит на руках котенка. Довольно много как бы абстракции. Довольно много художников, как две капли воды похожих на других, сильно надоевших своим упертым однообразием художников.

            Очень много тиражных вещей Уорхола, Лихтенштейна и Вессельмана, репринтами с которых торгуют по всему миру в книжных и сувенирных магазинах.

            По большей части все – плоское, чтобы можно было повесить на стену. Живопись, графика, фотография.

            По исполнению и по глубине мысли все это на пятьдесят процентов удручающе однообразно: смотришь и будто любуешься полкой в супермаркете, на которой выставлено десять сортов йогурта.

            Почти все – яркое, веселенькое и цветастое.

            Сплошной don't worry, be happy!, будь, дружок, positive и отправь близким эсэмэску со смайликом, заложенным в программу передающего ментального устройства.

            Нет, разумеется, все отнюдь не так гнетуще-развлекательно. Ярмарка была большой, и по простейшему закону статистики там можно найти было некоторое количество очень хороших вещей и известных мастеров, и молодежи. Имелось и некоторое количество вполне удачных некоммерческих проектов. Например, выставка видеоарта "Комедия положений" с работами и западных классиков этого жанра, и молодых художников из России. Или "Питерские" – обширная и информативная экспозиция искусства из Питера, позволившая увидеть, чем странности, к которым склонны жители берегов Невы, отличаются от присущих москвичам. И была отличная, хоть и мрачноватая инсталляция хорватско-французского художника Брацо Димитриевича "Русская рапсодия с налетом супрематизма" – так он вообще один из лучших европейских художников старшего поколения. Чего от него еще было ожидать?

            Но два основных некоммерческих проекта, наиболее разрекламированных и пользовавшихся успехом, были радостно коммерческими. "Искусство для Playboy" спонсировалось, естественно, кроличьим журналом: некоторому количеству известных художников предложили сделать что-то такое, что могло бы быть использовано на обложке журнала или в качестве иллюстрации. Зачем-то я поучаствовал в этой затее, чему теперь не рад.

            А "Парад коров" – это затея еще более удалая, чем у плейбоев. Какие-то веселые ребята придумали делать штамповки коров в натуральный размер из белой пластмассы и предлагать их разрисовывать, как заблагорассудится, известным художникам. Заодно на конкурсной основе отдать еще несколько сотен пластмассовых коров на разрисовку художникам неизвестным и вообще не художникам. Потом получившееся расставить на городских улицах (это уже видели Париж, Нью-Йорк, Берлин и другие поселения; скоро, говорят, увидит Москва), а самых удачных, по опросам общественного мнения, коров потом продать с аукциона – разумеется, ради чьей-то благой пользы. С дележом процентов, правда.

            Что? Очень мило. На разрисованную корову смотреть бывает приятнее, чем на памятник очередному вошедшему в историю изуверу.

            Это очень хороший, глобальный смайлик. Он гласит: "Let all Universe be Positive!!!". Это чудная физическая теория, только не знаю, согласятся ли с ней физики и математики, а также богословы разных принадлежностей.

            Разрисовывать коров в Москве поручили пачке тех же художников, которых тасуют с места на место, от Бартенева до Виноградова&Дубосарского и от Кулика до Звездочетова. Звездочетов корову разрисовал в индийском духе, включив в узорчики красную свастику. Мол, это солярный знак плодородия и нерушимости мироздания. Организаторы завесили свастику тряпочкой. И о чем думал Звездочетов, рисуя через две недели после годовщины Великой Победы на пластмассовой говинде немецкий знак?

            Смущать не надо малых сих.

            И у Александра Косолапова некий бородатый господин порвал принт такого же типа, как был уничтожен на пресловутой выставке "Осторожно, религия!", про которую уже нет сил вспоминать, но приходится.

            И работа Авдея Тер-Оганьяна (невыразительная как бы абстракция с подписью "эта работа призывает к свержению путинского режима") выглядела крайне чужеродной на празднике оптимистического мироощущения в ЦДХ. Точно так же, как не пришей к себе рукав, смотрелся проект его сына Давида "Подозрительные лица" (большие черно-белые принты, приблизительно воспроизводящие фотороботы, висящие у касс метро, с надписями "Путин", "Фрадков", "Иванов", "Патрушев").

            Да и на стенде галереи "Е.К. АртБюро" было малолюдно, а коммерческий успех, говорят, не случился. Так как там висели не очень развеселые работы московских постконцептуалистов 80-х годов, сделанные во времена предыдущего застоя.

            Народ шугался, не заходил. То ли дело разноцветные блины, с пылу с жару напеченные в последние месяцы, развешанные вокруг!

            Что касается свежего товара, выставлять только его на ярмарке современного искусства не очень правильно. Потому что искусство, повторяю, не тухнет, как йогурт или охлажденная телятина (если это искусство), а может, как очень хороший твидовый пиджак, повисеть годами в очень дорогом универмаге вроде Harrod's, пока не придет умудренный многими печалями покупатель.

            Но может не прийти. Имеющийся в России покупатель скорее забежит в магазинчик за йогуртом со свежим бифидусом в целях того, чтобы у него в кишках не забурлило поглощенное ранее.

            Почему все же это так, ради чего "Арт Москва", важнейшее рыночное (следовательно, общекультурное) событие, касающееся актуального искусства, превратилось в быструю торговлю хорошо упакованными стандартными продуктами из попсового гипермаркета, торгующего "смайликами"?

            У меня есть ответ – без оценки того, хорошо это или плохо. Это просто есть как есть.

            Мы намучались, нахлебались говна. Сейчас у нас вроде как стабилизация и экономический рост. Вроде бы появился средний класс, способный покупать современное искусство среднего качества по средним ценам. Обязательно – интерьерное, плоское по сознанию, ни в коем случае не ввергающее ни в бездны отчаяния, не загоняющее на вершины блаженства. Это искусство, похожее на радостную, хоть иногда мягко смущающую эсэмэску.

            А есть просто как есть: давно известно, что улыбаться без причины склонны дурачины, неуверенно чувствующие себя в реальности. Им скажи: мы с тобой и завтра будем такими же идиотами, – они развеселятся. Это прописная невротическая реакция.

            Реальность же у нас суровая. Россия вместе со всем миром идет к очень тяжелым испытаниям. И виноваты в этом отнюдь не только Путин и его команда, не Буш со своими ребятами, не бен Ладен с Басаевым и не Чубайс с Господом Богом. В этом, вообще-то, мы все по кругу виноваты. Но зачем об этом размышлять?

            Лучше рассылать смайлики – глядишь, само собой все рассосется. А молодую картошку тем не менее лучше покупайте на рынке – это вкуснее, чем разноцветные блины из супермаркета.

Газета.Ru

2005-05-24

http://www.gazeta.ru/2005/05/24/oa_158470.shtml

Нервных просят удалиться

Велимир Мойст

            В ЦДХ открывается 9-я Международная художественная ярмарка "Арт-Москва". Михаил Ходорковский станет героем серии картин, Никас Сафронов будет защищать потребительское искусство.

            Впервые ярмарка заполняет собой всю кубатуру здания и в последний раз проходит по старым правилам. Скорее всего, именно наплыв участников (в этом году здесь фигурируют 53 галереи, из которых почти половина – иностранцы) побудил организаторов объявить о грядущей "монетизации льгот". Долгое время компания "Экспо-Парк. Выставочные проекты" рассматривала "Арт-Москву" в качестве любимого детища – не то чтобы в чем-то инвалидного, но требующего попечения из-за субтильной комплекции и капризного характера. Теперь дитя считается прочно вставшим на ноги: со следующего года "Экспо-Парк" планирует отменить дотации на некоммерческие проекты и поднять арендную плату за стенды.

            Конъюнктура рынка вселяет в устроителей надежду, что современное искусство начнет-таки приносить прибыль.

            Нынешняя россыпь нонпрофитных проектов должна восприниматься как прощальный букет (впрочем, в полный отказ от этой практики верится с трудом – вероятно, будут найдены другие формы финансирования лакомых сюжетов). В рамках прежней схемы в этот раз поместились и "Питерские" – обзор тамошней арт-сцены глазами Марата Гельмана, и выставка хорватского концептуалиста Брацо Димитриевича, и традиционный показ нескольких частных коллекций актуального искусства. Видный куратор и теоретик Екатерина Деготь представляет сразу два проекта – один рафинированный, где международная компания деятелей видеоарта попробует трактовать любое движение на экране как заведомо смешное (это апелляция к давнему, рожденному на заре кинематографа пониманию), другой же – отвязно-демократичный: группа российских авторов поупражняется на тему "Искусство для Playboy". Самарская экспозиция "В поле зрения" будет исследовать офтальмологический аспект искусства: идея оформилась после общения с людьми, теряющими или окончательно потерявшими способность видеть. А в фойе ЦДХ на радость зевакам развернется подобие монументально-декоративного комбината – здесь пойдет прилюдный процесс подготовки к будущему московскому "Параду коров".

            Анонсы не предвещают ничего скандального, но поди знай, как что повернется. Радикалы полны задора, мракобесы не дремлют. Только-только устроителям январской выставки "Россия-2" удалось отбояриться от иска ревнителей православной нравственности: прокуратура не обнаружила в действиях художников состава преступления. Но организация эта, как известно, весьма лабильна, в другой раз может и передумать.

            Так что в превентивных целях ярмарка получила подзаголовок "Территория искусства. Без цензуры", а на всех без исключения стендах будет красоваться предупреждение: "Людям с повышенной чувствительностью просмотр не рекомендуется".

            Формулировка небезупречна, конечно, поскольку искусство в принципе не рассчитано на толстокожих, но смысл понятен: если не готовы к экспериментам и эскападам, оставайтесь дома.

            Вокруг "Арт-Москвы" развернется обширная культурная программа – и в дружественных галереях, и в ЦДХ. В частности, здесь пройдет трехраундная конференция "Современное искусство: русское зарубежье". Ожидается и публичный диспут между Дмитрием Гутовым и Никасом Сафроновым на тему о том, какое искусство зрителю нужнее – интеллектуальное или потребительское. Хотя критерии давно перепутаны и разница чаще всего лежит в сфере позиционирования. Товаром может оказаться что угодно, чему сама ярмарка служит ярким подтверждением. В некоторых случаях, правда, галерейное радение насчет прибыли сопровождается манифестацией эстетических приоритетов и даже гражданской позиции.

            Скажем, показ галереей "Ковчег" рисунков Павла Шевелева, сделанных на судебных слушаниях по делу Ходорковского-Лебедева, воспринимается именно как недвусмысленная акция.

            Перефразируя известную митьковскую формулу, можно сказать: искусство никого не хочет победить, но желает высказываться по насущным вопросам. Какие из этих высказываний останутся мимолетным мусором, а какие превратятся в завтрашнюю классику, решит, конечно, время. Но и не в последнюю очередь покупательский кошелек. Из всех лотерей эта самая интерактивная: делая крупные ставки, можно повлиять на ход лототрона. Не зря результаты продаж на "Арт-Москве" остаются у нас едва ли не единственным катализатором дальнейшего роста цен на современную изопродукцию. Покупая здесь того или иного автора, автоматически способствуешь удорожанию его работ, в том числе и той, которую приобрел. Для прочих ярмарка остается аттракционом, где не грех и всплеснуть руками от удивления, и зажмуриться от скабрезности. Одна только просьба: не бегите сразу с заявлением в околоток. Сказано же, территория искусства – на ней и следует разбираться.

Российская газета

2005-05-24

http://www.gif.ru/themes/culture/art-moscow-2005/enerve/

Не для слабонервных

Игорь Шевелев

            Девятая международная художественная ярмарка "Арт-Москва" открываетя сегодня в Центральном доме художника. По сравнению с прошлым годом она выросла по всем показателям на 20 процентов. Представлены 53 галереи из 12 стран (в прошлом году галерей было 45). Примерно на четверть выросли и цены на представленные произведения. Ожидается, что ярмарку посетят 35 тысяч зрителей (по сравнению с 32 тысячами в 2004 году), которые вложат в покупки от двух до двух с половиной миллионов (условных или безусловных единиц, не важно).

            Впрочем, компания "Экспопарк", проводящая эти ярмарки с середины 1990-х годов, не очень довольна тем, что вложила в них за десять лет порядка миллиона долларов, не слишком их окупив. Поэтому на следующий год она собирается сделать решительный шаг от фестиваля искусств к ярмарке как таковой, для начала повысив вдвое арендную плату. Так что нынешний год можно считать завершающим в этом щадящем и переходном ряду.

            Большое количество галерей, пожелавших участвовать в нынешней "Арт-Москве" (было подано 110 заявок, более половины отклонено экспертным советом), возможно, объясняется отсутствием в этом году по уважительной причине "Арт-Манежа" – бывшего пепелища и нынешнего новодела.

            Любопытен девиз "Арт-Москвы-2005" – "Территория искусства. Без цензуры" и предупреждение: "Людям с повышенной восприимчивостью просмотр не рекомендуется". Все это объясняется недавним обвинительным приговором организаторам выставки "Осторожно религия" и неудавшимся возбуждением уголовного дела против выставки "Россия-2". Подчеркнуто, что предварительной цензуре, кроме художественной, участники фестиваля искусств в принципе не подвергались. А Основной Закон РФ, предусматривающий наказание за возбуждение национальной розни, унижение человеческого достоинства и призывы к свержению конституционного строя, никто и так не нарушает. Поскольку ЦДХ объявлен территорией искусства, то все происходящее в рамках ярмарки суть художественный жест, который не следует путать с бытовыми поступками. Учтите.

            Сами организаторы выделяют несколько проектов. Это выставка видеоарта "Комедия положений", призванная напомнить тот смех, который при зарождении киноискусства вызывали движущиеся фигуры. Сегодня мы к ним привыкли, и нам кажется неестественной уже статика. Так вот зрителю предлагается посмотреть свежим взглядом на старые комедии, чтобы увидеть, как это на самом деле смешно. Выставка, которую курирует Екатерина Деготь, займет шесть залов третьего этажа, или 500 квадратных метров из почти семи тысяч, на которых расположилась вся "Арт-Москва".

            Галерея Марата Гельмана представит выставку "Питерские". Имеются в виду художники, хотя кто-то наверняка подумает другое. Выставка "Искусство для "Плейбоя" будет соседствовать с хорватско-французским классиком европейского концептуализма Брацо Димитриевичем, а проект "Визиология", поддержанный самарскими офтальмологами, – с "Подозрительными лицами" Давида ТерОганьяна, где обычные портреты обычных людей благодаря нынешней российской ситуации автоматически будут "считываться" сознанием зрителя как подозрительные.

            Свое собрание покажет клуб коллекционеров современного искусства. Клуб в пятый раз продемонстрирует героические усилия частных любителей собирать те произведения, по поводу которых у обычных людей возникают два вопроса. Первый: "Неужели это кому-нибудь нравится?" И второй: "Неужели это кто-то может купить?" Не знаю, нравится ли, но уж точно покупают. А тут еще купленное выставляют на всеобщее обозрение. Этот же клуб проведет прием "при закрытых дверях" для прямого общения галеристов и художников с бизнесменами, которые не знают, куда вложить лишние деньги.

            С большой помпой рекламируется "Парад коров-2005", который, по мысли организаторов, должен охватить всю Москву. В фойе ЦДХ художники вместе с добровольными помощниками из публики будут расписывать то ли деревянных, то ли живых коров, которые затем рассеются по всему городу как знак творческой фантазии и свободы. Обещают, что лучшие из артефактов осенью будут проданы на аукционе Sotheby? и обретут музейных и частных владельцем во всем мире. Вольному воля.

            В нынешнем году "Арт-Москва" включит в себя множество рамочных проектов, которые одновременно пройдут в галереях и выставочных залах города, – от вернисажей на "Арт-Стрелке" на Берсеневской набережной до благотворительного аукциона в поддержку народных промыслов в "Клубе на Брестской". Также пройдет конференция "Искусство русского зарубежья", на которую съедутся ведущие собиратели современного русского искусства из разных стран мира. Вот их-то и будут водить по горячим художественным точкам столицы – в Музей архитектуры, Московский дом фотографии, Государственный центр современного искусства и так далее.

            Но это только то, что предполагают сами организаторы фестиваля "Арт-Москва". Актуальное искусство потому и актуально, что может оказаться таковым в самых неожиданных местах и контекстах. Каждая из более чем полусотни галерей-участниц готовит свой сюрприз. Так, неожиданный отклик в российских и зарубежных СМИ уже получил проект галереи "Ковчег" – "Рисунки по делу" Павла Шевелева, который зафиксировал актуальность для нынешней России профессионального рисования в зале суда.

Газета GZT.RU

2005-05-23

http://gzt.ru/rub.gzt?id=64054900000055439

Гельман поднялся

Сергей Сафонов

            Во вторник во второй половине дня в Центральном доме художника начинает работать IX Международная художественная ярмарка "Арт Москва". Во избежание недоразумений и скандалов – вроде тех, что недавно сопровождали выставки "Осторожно, религия!" и "Россия 2", – устроители из компании "Экспо-Парк. Выставочные проекты" дали своему любимому детищу подзаголовок "Территория искусства. Без цензуры". А также придумали на всякий случай обозначить все галерейные экспозиции надписью: "Людям с повышенной восприимчивостью не рекомендуется".

            Ярмарка "Арт Москва" возникла в 1996 году, одновременно с таким же ежегодным "Арт Манежем". Последний во всех отношениях погорел, так что арт-форум, придуманный "Экспо-Парком" еще во времена своего бытования где-то на задворках МГУ, в результате естественного отбора стал чуть ли не единственным на поприще нашего современного искусства (всякие там "Лучшие художественные галереи" или весенний салон в ЦДХ – не в счет). Самая первая экспо-парковская ярмарка и открывалась, и завершалась с причитаниями, что, несмотря на отсутствие в списке участников Галереи Марата Гельмана, "все у нас получится" (была в ту пору такая успокоительная социальная реклама на нашем ТВ). Дальнейшее – про овцу, со скандалом зарезанную в 1997-м на стенде казахской галереи "Коксерек", создание экспертного совета и последовавшую селекцию участников – неплохо известно из многочисленных публикаций. Главное, что примерно так все и произошло – постепенно ярмарка стала прибежищем представителей того искусства, что принято именовать актуальным.

            Затея оказалась востребованной на многие годы. Более того, "Арт Москва" продолжает пухнуть и матереть. Как рассказывает глава "Экспо-Парка" (по совместительству директор ЦДХ) Василий Бычков, налицо "физический рост" ярмарки: в этот раз она станет на 20% больше по площади и займет 6800 квадратных метров второго и третьего этажа ЦДХ. В ней примут участие 53 галереи из двенадцати стран, и это еще явно не предел. Для сравнения: в крупнейшем европейском форуме Art Basel примерно 270 участников, в Кельн и Мадрид обычно приезжают по 250. Еще Бычков говорит, что "Экспо-Парк" за годы существования "Арт Москвы" потратил на эту ярмарку "трагически элитарного искусства" (давнее определение галеристки Айдан Салаховой, одного из членов экспертного совета) около миллиона долларов. "Я хотел бы объявить, что мы завершаем свое меценатство, это последний год, когда цена участия – 105 долларов за квадратный метр, – говорит Бычков. – Мы застряли на этой цене лет шесть-семь назад, а ведь даже самые дебютные проекты сейчас начинают с 200 евро".

            Пока условия участия прежние, посему экспертный совет имел возможность выбраковать примерно половину поступивших заявок на участие. Иностранцы, зная трепетное к себе отношение в России, объявились в последний момент; выставочные стенды уже были распределены, и одно время даже казалось, что западным галереям достанется только "верхняя палуба". Вмешался Марат Гельман: его галерея добровольно переселилась со второго этажа ЦДХ на этаж выше – важно было обозначить равенство западных и российских участников. В результате иностранцы и наши разместятся на двух уровнях ЦДХ вперемежку. Резервация в зале #14 создана для тех, кто показывает не свежеизготовленное искусство, а творчество художников 1960-1970-х годов: здесь осядут "Е.К.АртБюро", "Ред Арт", "Пан-Дан". Московская Галерея Герцева, Stella Art Gallery и Галерея Гари Татинцяна представят столице иностранцев, а некоторые западные участники, наоборот, соберут свои экспозиции по московским мастерским; такое вот перекрестное опыление. Кроме того, публику ждет масса некоммерческих проектов: если уж устроители готовы пока идти на убытки, то до конца.

Некоммерческие проекты ярмарки "Арт Москва 2005"

- Выставка видеоарта "Комедия положений". Движущийся образ и смех

- "Современное искусство в частных коллекциях – 5 лет развития"

- "Питерские" – современная художественная жизнь на берегах Невы

- "Подозрительные лица" Давида Тер-Оганьяна

- "Искусство для Playboy" к 10-летию русскоязычной версии одноименного журнала

- Выставка классика европейского концептуализма Брацо Димитриевича

- "Парад Коров – Москва 2005"

- Экспозиция "В поле зрения", подготовленная Центром современного искусства в Самаре